Всё хорошо, что хорошо кончается

— Нужно вернуться в замок и осторожно расспросить Вилхелма, — говорит Нела. — Но сперва осмотрим это жилище. Может, найдём какие-то подсказки, указывающие на его обитателей.

Мы тщательно оглядываем всё сверху и донизу, обшариваем каждый уголок, поднимаем ковры, находим незакреплённую половицу, но кто обитал в этом доме, так и остаётся для нас тайной, да и призрак больше не появляется. Усталые и погрустневшие, мы выходим на улицу, где нас встречает ожидавшая всё время снаружи коза Орешек.

Глава 22.

Смяли пальцы тлена паутину фраз

Утром следующего дня мы бредём по направлению к замку. С нами нет только мальчишки, который отправился вниз.

— А то мать уж наверняка волнуется, да и Раффи разобидится, ежели я не покажусь и не расскажу ему, что мы видали. Но вернусь я быстрее, чем заскучать успеете, — сообщил он на прощание.

Мы попросили, чтобы он разузнал у здешних норятелей, не слышали ли они чего о проклятии. Как знать, вдруг откроется что-то новое.

Коза бодро скачет впереди.

Дамиан не спит, однако соглашается спокойно лежать в люльке, привешенной к козьему боку. Он нащупывает и тянет к себе коричневатую шерсть, но похоже, Орешка это нисколько не беспокоит. А зря, как бы не пришлось ей узнать, что не она одна способна жевать всё, до чего дотянется.

— Будьте осторожны, — в который раз предупреждает Нела. — Не откровенничайте о том, что мы находили надписи.

— Какая в том тайна? — не понимаю я.

— Мы не знаем, были ли Вилхелм и его мать добрыми людьми, — поясняет Нела.

— Помните, они жили во времена, когда с соперниками предпочитали не договариваться, а убивать их. И неведомо, кто писал на стенах. Что, если девушка с юга не была такой уж злодейкой, какой нам пытались её показать, и послания оставляла она?

— Тогда это означало бы, что нарушившим клятву оказался или сам Вилхелм, или третий, кто был с ними, — размышляет Гилберт.

— Нам нужно зайти издалека и узнать у здешнего правителя о его доверенных лицах или близких друзьях, — говорит Нела.

— Пусть он не знает о наших подозрениях, чтобы не попытался что-то скрыть. Возможно, тот, кто был ему ближе остальных, и окажется предателем. Может быть, и сам Вилхелм не знает всего.

Она размышляет недолго, а затем неуверенно добавляет:

— Ещё я тревожусь, вдруг Вилхелм лишь думает, что вспоминает события прошлых дней, а на самом деле просто повторяет то, что слышит от других, и каким-то вещам находит неверное объяснение.