Приключения Бобового Зёрнышка

Разложили костер, сварили поесть, поели, посидели, молча, глядя в костер, доели остатки каши, еще поглазели на костер, доели сухари, те, что рыцарь разрешил, и отправились на боковую.

Обычно мой безмятежный сон они охраняли, сменяя друг друга, но в этот раз сэр Роланд решил, что я уже достаточно взрослый и сильный, чтобы на этот раз доверить мне их безмятежный сон. Он так и сказал. Сиди, говорит, следи за всем, а если увидишь что-то странное, буди меня. С этими словами он улегся, завернулся в плащ и спустя минуту уже храпел.

Монашка посидела еще немного, грустно так на меня глядя, а затем подобралась, укуталась в накидку, привалилась спиной к дереву и тоже захрапела.

Слушать их совместный храп было весело. Мощный, почти звериный рык, вырывающийся из широченной груди рыцаря и тоненький почти мышиный писк, выходящий из полуоткрытого рта монашки. Пару раз они умудрились дышать в унисон, дополняя мелодии друг друга. Я слушал их и смотрел в огонь.

Я ничего не боялся, а то, что в моих трясущихся руках был крепко зажат нож, так то, чтобы привыкнуть к его тяжести.

А что руки трясутся, так холодно тут. В лесу, ночью, одному. Да я готов был руками землю рыть или на дерево взгромоздиться, и к белкам в дупло постучаться, только бы не быть одному. Я сидел перед костром и отчаянно шарил взглядом по окружающей нас растительности. Мне не было страшно, я был в ужасе! По моей спине катилась крупная полная страха капля ледяного пота. Вот она замерла между лопатками, перевалила через выступающий позвонок и радостно устремилась вниз. И вдруг замерла.

Я не люблю, когда что-то происходит вдруг. Вдруг может кто-то споткнуться, или же камень может вдруг свалиться прямо на голову из абсолютно чистого неба. Зубная боль бывает вдруг, но когда капля пота вдруг останавливается прямо посреди спины это… это как-то неправильно. И, тем не менее, капля пота вдруг остановилась.

Я пошевелил плечами, пытаясь столкнуть ее ниже, не вышло. Почесал спину, стремясь ее размазать, это вроде удалось, но вредная капля вновь собралась на позвоночнике и вдруг замерла на том же самом месте.

Вдруг!

Я встал. Нет, я вскочил, словно ужаленный роем ос. Вскочил и замер. Замер, глядя, как из кустов прямо ко мне идет женщина, красивей которой я не видел никогда в жизни. Она шла, неспешно переставляя длинные, гладкие, словно выточенные из камня босые ноги. Ее платье развивалось в так ее шагов, поочередно демонстрируя мне коленки и нижние части бедер. Левая. Правая.