Оказалось, это не мой выбор

И если первый ещё не вызывает у меня вопросов, то второй не внушает доверия и вообще, выглядит уж слишком хилым и смазливым. Не то, чтобы большинство жителей этого мира, не выглядели, как топ модели из глянцевых журналов… Если нет шрамов, то даже самый задроченый бомж в селе где-то за три девять земель от столицы, будет выглядеть как клон Джейсона Стетхема. По крутому брутальные или смазливые. Да, последний слишком сильно выделяется, так и хочется плюнуть в сторону этого наяривальщика. Прямо сейчас он играл на чем-то очень и очень похожем на скрипку.

Играл плохо, хоть уши режет, столь плохо он играет, но по какой-то причине, на это ему никто указывать не хотел.

— Это Нобл, — попивая какую-то бурду сказал Тору. — правая рука Ноя.

— Ого, — тихо протянул я. Ну понятно, почему к нему столь много внимания. Я ни в коем случае не хочу быть на его месте, просто не нравится мне, когда такой как он является центром внимания. Складывается впечатление, насыщенного индюка, или расфуфыренного павлина.

Вернув взгляд на свою тарелку, я поднял ложку, что до этого, медленно, тонула в супе, который подобен болоту. Перевернул и смотрел как из ложки выливается все содержимое. Желтый от неизвестных специй суп не манил и даже отталкивал, в нем плавали куски сырого мяса, которое ещё и не до конца избавились от крови. Немного поковырявшись в нем, я отложил миску.

— Есть не будешь? — гаркнул Тору, хотя, у него такой голос все время, никак не привыкну.

— Неа, — как-то перехотелось, то ли из-за херовости супа, то ли от неблагоприятной обстановки.

Основное развлечение здесь это как ни странно разговоры. И правильно, ведь одному сюда приходить не рекомендуется, ещё побить могут.

Тору взял мой суп, и тихонечко начал его есть. Не понимаю его, я же говорил, что не буду.

— Хех, — вышло из меня, пока искоса наблюдал за этим стариком.

Видя мою редакцию, он тут же осмелел, и начал употреблять суп не скрываясь. Всего за несколько секунд, тарелка опустела, казалось, что там и вовсе не было ничего.

— Ох, — откинулся назад Тору. — щедрой души ты человек, пэдик.

— А ты, я вижу сильно голодный, — привыкаешь даже к таким обидным прозвищам, особенно когда оно мелькает с частотой два-три раза в минуту.

— Ну, послушай, старого волка, — он приподнял руку и указал своим морщинистым пальцем вверх. — еды много не бывает.

«Ты не знаком с людьми в моем мире…» вот где еды и вправду много.