Оказалось, это не мой выбор

— Стой! — Чика не собиралась останавливаться, — да блять, Чика остановись!

— Герой? — невинно обернулась она уже после того, как уселась на вампира сверху. Теперь у неё будет два фонарика.

— Хватит её ебашить, она уже все, — Без каких-либо проблем мне удалось встать. Ощупав место удара, я не заметил там ни царапины, разве что одежда порвана.

— Но она ещё жива, — кто же знал, что эта самка бабуина будет такой кровожадной.

— Она на меня не нападала, вот смотри, — приподняв свою футболку или как она здесь называется, я показал чистенькую кожу.

Без крови или ушибов.

Чика отвернулась в смущении.

— Я это кому показываю? А?! Посмотри, сюда, — тыкнув прямо пальцем в место где должна была быть дополнительная дырка. — нет раны!

— И, правда… нет.

— Кх.! — вампирчик под давлением силы Чики крякнула что-то нечленораздельное.

— Слезь с неё, — потребовав немедленно убрать свою массу с вампира, Чика согласилась. Со скрипом, подобно двери в моем подъезде которую при открытии услышит едва ли не половина жителей хрущёвки.

Вторая часть не услышит её лишь потому что их нет дома.

— Так, давайте познакомимся, — хлопнув в ладоши я мгновенно вспомнил. Меня словно током ударило, а ведь так по сути и было. Мои ладони сейчас окровавлены, и что-то я не помню, чтобы успел их залечить. А потому хлопок, который я сделал практически сопровождался моим пением и танцами. — Ах, чёрт, ладони…

— Что там? — похож. Но не он. Голос вампиршы отличался от того, каким я его слышал в мире двоих.

— Тебе то какое дело? — Чика, остановила любопытный взор своим клинком. Выставив его так, чтобы он отделял нас, своеобразной стеной.

— Тс, кто этот бабуин? — вытянув белоснежную руку, пальчик с которой указывал на особу.

— Я тебе сейчас этот палец отрежу, — сколько агрессии, словно она резко выкрутила свою шкалу ПМС до максимума, из-за чего перешла в режим «Самка гориллы».

— Попробуй! — огонёк азарта появился в глазах мелкой вампирши.

Она, та кто ещё секунду назад лежала и даже плакала в мольбе спасти ей жизнь уже ехидничает и кокетничает перед потенциальной убийцей.

«Резкая смена настроения, более резкими были лишь репрессий в моем мире…»

— Да я тебя сейчас…

— Стопе, остановить войну, — мне не нравится их собачивство, не по мне когда девки дерутся за меня любимого. Хоть это изрядно тешит мое эго, но я все же предпочту такое не делать.