Раз поход, два поход

И вот теперь, слегка осоловев от еды и на редкость вкусного кваса, в котором крепости было, наверное, побольше, чем в молодом вине, Ванька лениво рылся в мешке и раздумывал, чем бы удивить Кащея. Честно говоря, в спецхране он переволновался, схватил, что под руку попало, не разбираясь, и теперь сам не очень понимал, зачем эти вещи нужны и как ими пользоваться.

***

— Вот, гляди — сапоги с крыльями. Голенища, конечно, странные, словно чулки бабские, но сделаны, черт, хорошо — по-городскому, на каблуках. И сидят как влитые, если без портянок надеть.

С портянками, правда, не лезут никак. Одна ерунда с ними — ходить не получается, наденешь и стоишь, как столб в землю вкопанный. Я уже и так и этак, а они только пищат: «Назовите координаты! Назовите координаты!».

Кащей к сапогам отнесся без интереса.

— Это диво я уже видел. Ты бы у них сам координаты спросил.

— Как это, спросил?

— Да, просто. Надеваешь их в этой комнате и говоришь: «Назовите координаты!». Они тебе цифры и диктуют, а потом, если вдруг соскучишься по мне и навестить захочешь, то снова их надеваешь, повторяешь этот номер и шагаешь.

Раз и у меня. Только циферки старательно запоминай, а то занесет — костей не соберешь.

— Ага, — согласился Иван, — если так, то полезная вещь. По гостям шляться. А еще лучше, наоборот, из гостей ноги делать. — Ему вдруг припомнилась пухленькая Иринка, которую отец берег от парней, как вредная жена заначенный на праздник заморский самогон. Сволочной мужик этот Прохор, право слово.

Упрятав на место сапоги, Ванька еще поковырялся в мешке. Скатерку приятному собеседнику показывать не хотелось, и он достал из сумы самогудку. С ней у него проблем не было — вещь простая и даже полезная. На вид, правда, ничего особенного. Резная коробочка, на боку две кнопочки, сверху две крышечки на пружинках, под ними две ямочки, на одной стороне коробки дырка, а с другой два коротких, широких раструба.

Иван хитро улыбнулся и нажал на кнопочку, — раздалась ритмичная музыка, и кто-то высоким, немного писклявым голосом запел на иностранном языке.

Кащей в такт музыке задвигал бровями и с интересом вытянул шею, разглядывая диковину. Молча послушали, следом началась другая песня, очень похожая, но исполнял уже кто-то другой, потом женщина тоскливо запела про несчастную любовь, и Кащей пригорюнился. Когда певица замолчала, бодрый дурашливый голос начал рассказывать: какая сейчас за окном температура, и светит ли на улице солнце.