Дорога из трупов

Ловко уворачиваются и все норовят добраться до двоечника.

В момент, когда пыл чудовищ немного ослабел, две головы повернулись к Арсу и одновременно произнесли:

- Шшшш!

- Типа, в натуре!

Оба восклицания не могли похвастаться особой глубиной смысла, но Топыряк расшифровал их легко: «Сделай что-нибудь! А не то нас сейчас убьют, а потом сожрут сырыми!»

Арс напрягся и попытался вспомнить хоть какое-нибудь подходившее к случаю заклинание. Но в голову лезла всякая ерунда вроде экзорцизмов, Извлечения Скрытого Смысла и избавления от магического поноса…

Ага, но ведь если его перевернуть, то понос можно вызвать!

- Сегульдук! Барбидук! – воскликнул Топыряк, и махнул сначала в одну сторону, а затем в другую.

Заклинание не породило никаких особых спецэффектов. Раздался тихий звон, словно разбился маленький хрустальный кубок, а за ним прозвучали шесть одинаково сдавленных стонов:

- Ыыыыххх!

Такой звук может издать существо, изо всех сил сражающееся с собственным кишечником.

Арс забыл, что это заклинание бьет по площадям.

И оно подействовало на всех без исключения, а не только на змееморфов. Схватка прекратилась сама собой, поскольку сложно биться, когда твои собственные внутренности лезут наружу.

Студентов-демонологов учат справляться с подобными состояниями, ведь демоны способны вызывать понос одним своим видом. Поэтому Рыггантропов и Тили-Тили потеряли боеспособность лишь на пару мгновений, нужных для того, чтобы произнести контрзаклинание.

А вот змееморфы дружно схватились за животы и метнулись прочь.

- О, получилось… - сказал Топыряк дрожавшим голосом.

- Шшшш!

- Еще как… - просипел Рыггантропов. – Я чуть штаны не испортил. Ну что, а теперь побежали?

- Куда?

- Туда, где они нас не достанут, в натуре.

- ССССС! – йода свистел и размахивал лапками, пытаясь привлечь к себе внимание.

Когда это удалось, Тили-Тили изобразил некий жест, красноречиво обозначивший жуткие муки.

- Точно, университет, - сказал Арс. – Там они нас не достанут.

- Типа того, - кивнул Рыггантропов.

Возник и удалился топот.

В темном переулке воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжким кряхтением и надсадным сопением из подворотни.

Глава 4

Мэр Ква-Ква Мосик Лужа пребывал на своем посту много лет и успел несколько, как бы это сказать, заплыть жирком.

Во всех смыслах этого слова.