Блондинка-попаданка

Ну, разумеется, мешки с золотом ворочать — это вам не крем на торт выдавливать, как у нас Жорик… А, да ну его! Потом всё равно разъестся, куда он денется.

Но почему нам мешки не помогли внести? Не понимаю.

Ну, внутри, конечно, у них бедновато, не то, что в наших банках. А с другой стороны, это как посмотреть: на чьи денежки банки украшаются да отделываются мрамором да позолотой? Вот то-то и оно. Да лучше бы процент больше платили, да очереди покороче сделали, а на их красоту мне по полчаса любоваться ни к чему.

Но тут особой красоты не имелось, так что всё пошло чисто по-деловому. Золото аккуратно вывалили на столы… нет, ну вот как у них, у гномов этих, так получается: вроде вывалили, и в то же время аккуратно. Пересчитали всё, тип-топ, камушки так вообще взвесили на весах аптекарских, в отдельный реестр внесли и мне копию вручили. А золото так всего-навсего отдельной строчкой, на другой бумажке. Нет, бумажки красивые: вензеля всюду, бумага плотная, печати… И в трубочку свернули обе две.

И в чехольчики зелёненькие запихнули, чтобы не помялись.

А потом… прикол такой: принесли мне пластинку, под правую руку. Тоже зелёного цвета, вроде как малахитовая, но посветлее, вроде как ониксовая, но потемнее. Тёплая, гладенькая. Я бы её, как кошку, гладила, но — нельзя. Сказали, чтобы руку я на неё положила и придавила, как бы впечатала руку в глубину пластинки.

— А это для чего? — спрашиваю.

— Это, — объясняет мне самый главный гном, — снимок вашей ауры, ну и, заодно, отпечатков ваших пальчиков…

Во как вежливо! Это я уважаю.

Но какая там у меня ещё аура — зелёная, что ли, получается? Несозревшая? Обижают, что ли?

— По ней, — продолжает пояснять гном, — вы в любом отделении нашего банка, путешествуя по стране… и даже за её рубежом… можете получить любую сумму.

— Понятно. А мешочков вот таких, — я показала ладонями размеры, — штучек пару у вас можно приобрести? Типа инкассаторских.

— Инка чего? — не понял гном.

Или поиздеваться решил? Но я такие приколы на раз просекаю, и потому повторила полностью и с нажимом:

— Инкассаторских. — А то знаем мы вас: я продолжу просто, а вы потом ржать надо мной будете. Ну а если не явно, то про себя хотя бы.

Но гном, видно, и вправду не понял. То ли у них инкассаторов нету, то ли служба эта у них как-то иначе обзывается. Тогда я пояснила:

— Попрочнее которые чтоб были.

— Есть… из драконьей кожи, — наклонился он ко мне.