Новые сказки на старый лад

Такое, правда, всего пару раз бывало, все ж выбирал Кощей девиц умных да хитрых, смелых да сильных.

В общем, не ладилось у Кощея с женитьбой. Он уж не больно-то и рассчитывал. А девиц крал скорее по привычке: какое ни на есть, а развлечение. Да и для славы злодейской такие кражи оказались шибко пользительны.

***

Так все шло своим чередом, и украл Кощей Бессмертный очередную Василису Премудрую. Царскую дочь, единственную да любимую, на десять царств окрестных первую красавицу, ну, и чародейку знатную, это само собой.

Но Кощей, конечно, не даром слыл чародеем непревзойденным. Справился и со стражей, и с волшебством защитным. Перенес девицу в свой замок, посадил в темницу и как-то забыл по рассеянности позвать ее в жены.

Сразу рявкнул:

— На хлеб и воду!

Да и собрался возвращаться в свою сокровищницу. Размышляя про себя, что молодец какой-нибудь теперь явится вызволять ее или через пару дней, если средство летательное раздобудет, или уж через год.

— Ты зачем меня украл-то, Кощей? — удивилась тем временем Василиса Премудрая.

Про Кощея Бессмертного и странные повадки его она была, конечно, наслышана. Но как-то вот дело со слухами разошлось.

Кощей Бессмертный тоже удивился, аж чуть не споткнулся на пороге темницы. Обычно девицы пленные ему вопросов не задавали, хотя писем упреждающих давно уж он не рассылал, чтобы воронов зря не гонять.

На секунду даже растерялся Кощей: и правда, зачем? Но почти сразу вспомнил.

— Да в жены тебя взять хочу, — ответил он.

Василиса Премудрая прищурилась эдак насмешливо, но будто и по-доброму как-то:

— Да что-то по тебе не видать.

Тут уж совсем застыл Кощей, что сказать не зная. Обычно девицы или слезно просили его их отпустить, или грозили расплатами страшными, или дрались. А в разговорах у него опыта с первого разу так и не прибавилось.

— Кто ж будущую жену в темницу сажает? — продолжала Василиса Премудрая.

— Так ты ведь не согласилась женой моей стать, — напомнил Кощей Бессмертный, а про себя сообразил вдруг, что и не спрашивал.

— А коли соглашусь? — спросила Василиса Премудрая. — Тогда что?

— О, — отозвался Кощей. Он как-то и отвык уже планы на такой случай строить. — Ну тогда... Пирком да за свадебку, вот, — наконец выговорил он известную всему сказочному миру формулу.

— А потом? — продолжала допытываться Василиса Премудрая.

— Уф, — вздохнул Кощей Бессмертный, соображая, что же потом.