Новые сказки на старый лад

Но соблазнять невесту бессмертием не хотел Кощей, потому как еще раньше специально пустил он слух, что лишь ему одному во всем сказочном мире эта хитрость великая подвластна, и теперь от слова своего так-то уж явно отступать не желал.

Вот и решил Кощей Бессмертный: хватит с будущей жены того, что он несметно богат и непобедим в бою, да еще и могучий чародей. А что худ и бледен, собою не хорош, да нрава склочного и живет посреди пустоши почти ядовитой — это ничего, потерпит да и привыкнет девица.

Облетел Кощей Бессмертный черным вихрем царства соседние, рассматривая девиц к волшебству способных: дочерей царских, боярских, купеческих.

.. на крестьянок не глядел особо, если только они не ученицы Бабы-Яги, но те у него так и так шли особой статьей.

Наконец, выбрал одну царевну: самую что ни на есть красавицу и силы чародейской прямо изумительной. С вороном послал ей письмо: хочешь, мол, или не хочешь, а иди за меня замуж, не пойдешь — пожалеешь.

Характер у Кощея Бессмертного был впрямь ужасный, да и не писал он ничего, кроме писем угрожающих, лет триста уже.

Девица радоваться такому сватовству не спешила. Взяла и выскочила замуж за какого-то заезжего добра молодца.

Но Кощей не растерялся: вскоре после свадьбы налетел черным вихрем, да и выкрал молодую. В замок свой перенес, в темницу заточил, на хлеб и воду посадил.

— Пока не согласишься быть моей женой, не выпущу, — сказал.

Характер у него от неудачного сватовства ничуть не улучшился. А разговоры разговаривать Кощей умел еще хуже, чем писать письма.

Посидела девица у него в темнице где-то с год, потом муженек ее явился. Как водится, пока шел, три пары сапог железных износил, три посоха железных истер и даже три хлеба каменных сглодал. А как дошел, взял да и выкрал зазнобу свою назад. Погнался за ними Кощей Бессмертный и догнал. Царевну вернул, опять в темницу посадил. Лютой смертью пригрозил.

Но снова выкрал ее муженек, да и на третий раз то же самое. Плюнул Кощей Бессмертный на это дело, решил другую девицу себе сыскать.

Да с другой-то вышло не лучше. И с третьей. И с четвертой. А после сотни Кощей и считать перестал. Если не выкрадет чародейку назад муж, так выкрадет брат. А коли не брат, то жених. А нет жениха, так уж найдется другой какой молодец отчаянный, чтоб за полцарства отцовского вызволить страдалицу.

А какую совсем никто не вызволит, та сама изловчится как-нибудь, да и сбежит. Или уж так с тоски и зачахнет в темнице.