Новые сказки на старый лад

Иван-царевич погладил гусли-самоигры по уцелевшим струнам — музыка смолкла. Переглянулись три Ивана и рассмеялись радостно: ведь живы они остались. Да и подвиг совершили, самый что ни на есть великий.

— Вот теперь можно и по домам, — сказал Иван — крестьянский сын.

Другие Иваны согласно закивали.

На утро они в обратный путь и пустились. В родные дома воротились. Жили-поживали, про подвиг свой иногда вспоминали и, конечно, друг друга не забывали. Ведь названные братья. Много раз выручала их дружба крепкая.

Но то уж другие истории, а этой сказочке конец.

Примечание автора:

Еще одна сказка, где Кощей Бессмертный не спрятал свою смерть колдовскими методами. Это он зря.

Василиса Премудрая и Кощей (не)Бессмертный

В Тридесятом царстве-государстве жил-был Кощей Бессмертный. Давным-давно могучим чародейством возвел он себе замок, огромный и жуткий, в отдалении ото всех других сказочных владык.

Земля, которую выбрал Кощей, с самого-то начала была почти бесплодной.

А уж с тех пор как зачаровал Кощей свою смерть да спрятал, от такого соседства сделалась земля бесплодной вовсе. Так что вид из замка Кощеева, в какую сторону не посмотри, был на мертвые деревья, засохшие на корню травы и пыль бездорожную.

Жить в таком месте долго мог только сам древний чародей, да еще ручные вороны, с которыми рассылал Кощей Бессмертный окрестным царям угрожающие письма. Вороны, правда, часто менялись, и не только потому, что цари окрестные не любили письма угрожающие получать.

Первые несколько столетий копил Кощей Бессмертный сокровища: злато полновесное, каменья самоцветные, уборы драгоценные — и накопил всего этого видимо-не видимо. По самые своды заполнились подвалы глубокие.

Пуще всего на свете любил Кощей Бессмертный богатства свои рассматривать. Да и то сказать, больше-то в его землях посмотреть было не на что.

Но даже и с сокровищами по временам впадал Кощей Бессмертный в смертную скуку.

И тогда уж не в радость ему становилось глядеть на злато да на другие свои богатства.

Стал Кощей думать, как бы ему скуку смертную развеять. Думал-думал, думал-думал, да и надумал сыскать себе в жены девицу, искусную в волшебстве, чтобы могла она научиться тоже быть бессмертной. Ну, и чтоб из себя красавица была, конечно. Тогда уж вечность коротать они вдвоем станут, так Кощею скучать и не придется.