В Греции всё есть

Отказавшись от Дара, ты для Геракла перестал быть чудовищем. И поэтому он позволит тебе жить и даже править. В ущерб себе. Геракл ведь — как и ты, такой же прекраснодушный. Но при этом свой для этих людей. И сил у него много. Он молод, Эврис.

Она умолкает и глядит прищурившись, словно лучник. Медленно выдохнув, встаю и направляюсь к выходу.

— И как любовник, кстати, он гораздо лучше тебя, — летит мне в спину.

Судорогой сводит сердце. Останавливаюсь. Наклоняюсь, с усилием поднимаю с пола тяжёлую, словно камень, шкуру льва и выхожу из комнаты.

Верный молчун-виночерпий уже стоит в коридоре с кубком цекубского вина. Впереди опять бессонная ночь.

Завтра утром я войду к ней, и она пожелает чего-нибудь ещё.

То есть и Эврисфей, и Цирцея, и Калипсо, и другие противники Геракла и Одиссея — это фейри? Оч-чень интересно, потёр руки Марк и полез за копировальным камнем. Неясно только, кто эта фаворитка Эврисфея. Надо будет не забыть поискать...

Стоп. Геракл бросил ей под ноги львиную шкуру... Да это же Немейский лев, первый из его подвигов! Ага, сколько их тут.

.. как раз двенадцать свитков! То есть я могу узнать настоящие подробности подвигов Геракла? А вот с этим я пойду к ректору с просьбой об общеуниверситетской лекции, твёрдо решил студент и улыбнулся, представляя себе аплодисменты, цветы, овации, многообещающие взгляды девушек и многое другое. Так, еще раз стоп. Пока об этом рано говорить. Сначала прочтём всё...

Вторая напасть

Эпиграф

Ты встретишь врагов,

Что сильней и страшней

Многоглавых драконов.

..

(C) Л.Филатов

— Мне суждено так на роду:

Желанной быть и одинокой, —

декламировала голова, уворачиваясь от дубины. После пары неудачных попыток Геракл наконец изловчился и одним махом расколол голову вдребезги. Гидра обиженно забурчала. Из ближайшего куста высунулась другая голова и подхватила оборвавшуюся строку:

— Сквозь всех мужчин я так пройду,

Они же стрельнут только оком.

Геракл застонал, словно от приступа зубной боли. Голова недоумённо склонилась набок — и тут же вместе с шеей полетела в кусты, срезанная метким броском ножа.

— Зря ты так, — донеслось сзади. Геракл молниеносно развернулся и завертел головой, пытаясь отыскать источник звука.

— Впрочем, если не понравилось, могу что-нибудь из раннего, — продолжал голос.

Герой всмотрелся в крону вяза и с трудом разглядел очередную голову, почти неразличимую на серой шершавой коре.

— Клен любил колени у березы,

Их размер и сексуальный вид...—

мечтательно загнусавила гидра.