Наставник для музы

Ардикта возникла на террасе серой шуршащей тенью. Лицо ее сумели разглядеть, лишь когда слуги поднесли свечу. Бледное, с узкими черными глазами и глубокими вертикальными морщинами между бровей. А взгляд острый, как шипы чертополоха. У Минорис от такого взгляда засосало под ложечкой.

Философ встрепенулся и двинулся ардикте навстречу.

- Сколько лет, сколько зим! – воскликнула та, раскрывая Диоксиду объятия. – А ты всё прежний. Ничуть не изменился. Под каким именем тебя знают в городе, а, господин Каэтта?

- До сих пор величали Диоксидом, - скромно ответил философ.

- Диоксид? – рассмеялась ардикта. – Недурно, недурно. Но мог бы придумать что-нибудь и позвучнее. Хотя теперь это уже неважно. Ты ведь остаешься?

- Остаюсь, - кивнул тот. – И они… Они тоже хотят остаться, - указал он на спутниц. – Просто жаждут.

- Жаждут? – хитро сощурившись, перепросила ардикта. – В таком случае, приступим к церемонии.

Она трижды хлопнула в ладоши, крикнула: «Дары!» - и у нее за спиной тут же выросли три высокие златовласые девы с круглыми блестящими подносами.

Шурша платьем из не менее дорогих, чем у привратницы, тканей, ардикта вышла на аллею, где, выстроившись в рядок, стояли Таймири, Минорис и Сэй-Тэнь. Заглянула каждой в глаза, заставила назвать имя и, не мешкая, предложила пожертвовать мастерской что-нибудь ценное.

- Ценное? – сбивающимся голосом уточнила Минорис. – Б-боюсь, я вас разочарую. Всё, что есть у меня ценного, - моя коса.

- Годится, - одобрила ардикта и крикнула служанкам, чтобы принесли ножницы.

- Редко к нам приходят посреди ночи, - продолжила она, когда первая из златовласых дев бросилась к чернеющему входу. – Я слуг, конечно, тренирую. Вскакивают по сигналу колокола в любое время суток. Правда, сегодня пришлось их расталкивать. Тяжелый выдался день.

Когда Минорис, наконец, вручили большие портняжные ножницы, она вдруг прониклась такой жалостью к себе, что даже несколько раз шмыгнула носом. При свете фонарей коса выглядела точь-в-точь как чистое золото. Таймири и Сэй-Тэнь наблюдали за подругой с содроганием.

«Главное не думать», - сказала себе Минорис. Завела руку за голову, зажмурилась. Ножницы были заточены отменно – и уже через секунду коса упала в песок.

- А тебе так больше идет, - натянуто улыбнулась ардикта. – С короткой стрижкой.

Тут Минорис не выдержала – разревелась в три ручья.

Следующей на очереди была Таймири. Долго колебалась, что же ей отдать: кольцо или амулет. В итоге, опустила на поднос кольцо.