Наставник для музы

Красный воздух и красно-черные подошвы туфель Таймири, которая ползком двигалась впереди. С каждым сантиметром дышать становилось труднее, пахло резиной и чьими-то дешевыми духами. Причем по мере продвижения внутрь запах духов усиливался.

- Знаешь, мне кажется, они это нарочно устроили. Хотят нас, как тараканов, потравить, - сдавленно проговорила Таймири, вываливаясь из тоннеля точно так же, как недавно вываливалась Лироя.

- Мы травим вовсе не вас, а книжную моль, - вежливо заметила пожилая уборщица. Она возила по мокрому полу намотанной на швабру тряпкой, и время от времени швабра недовольно визжала, деря паркет острым концом.

- А человеческий вход у вас есть? – ядовито поинтересовалась Таймири. – Или прикажете вечно ползать по удушливым трубам?

- Эта конструкция разработана самим Лиссом, - пожала плечами уборщица. На протяжении разговора с ее лица не сходило благоговейное выражение, а смотрела она чаще в потолок, нежели себе под ноги. И ее взгляд уж тем более не задерживался на посетительницах.

Сообразив, что дальнейшие расспросы бесполезны, Таймири потянула Минорис за собой, и скоро они оказались в настоящем лесу из книжных шкафов. Вернее, шкафов, как таковых, не наблюдалось. Книги тянулись вдоль стен темно-зелеными лентами, а вместо полок – алые пористые складки из того же материала, что и тоннели, и весь отсек целиком.

Чтобы дотянуться до нижней складки, Таймири пришлось встать на цыпочки.

- Не утруждай себя, - сказала Минорис. – Ты же видишь, здесь всё зелено, а у твоей книжки обложка желтая.

Камень на шее у Таймири потускнел, и Минорис забеспокоилась. Амулет из звездного адуляра никогда раньше не блекнул. Что если он возьмет и погаснет? Что если умрет точно так же, как умирал изнутри массив Лунных гор?

Таймири брела по лабиринтам хранилища, как сонная муха, - из отдела с синими книгами в отдел с розовыми – и заразительно зевала. Даже зрители в театре так не зевают на заключительном акте! Минорис бодро шагала впереди и недоумевала.

- Вот придем в твою комнату, соня, и я собственноручно уложу тебя в постель! – погрозилась она.

Соня покачала головой:

- Я к себе не вернусь.

На лице Минорис отразилось крайнее изумление.

- А куда ж ты денешься?

- Сбегу!

- И куда, позволь спросить? В пустошь?

Таймири предпочла отмолчаться.

Книжным рядам не предвиделось конца, и ко второму часу блуждания энтузиазма у Минорис заметно поубавилось.