В рейд пошла одна старушка

И слезу скупую пустить, глядя, как Асалбек, неловко вскидывая тощие коленки, вприпрыжку скачет на заслуженный отдых… Такой подход не работает. Скорее скажешь «непереводимая игра матерных слов» и дашь дураку подзатыльник. С орками выходило ровно так же.

Старый мудрый орк построил своих орчат в мгновение ока. У него были для этого все возможные перки, приобретенные за двадцать лет земного опыта.

- Рассредоточились! Ти-хо! Пыльцы из всех мест вытащили, живо! Да, и оттуда тоже! Придурки, прости господи… На меня смотреть всеми глазами! Не отвлекаться! Отрядом па-а-ашли на разведку! Раз-два! Пятый и седьмой! Отделились и пошли в лес с другой стороны.

- Так точно, товарищ прораб! – заорали орки лужеными глотками.

Пятый и седьмой, как самые толковые, споро унеслись в лес – разведывать. А через несколько минут из леса донесся вой рога.

- Собрались, укурки! Все серьезно! Не отвлекаться! Шашки наголо! – приказал главный орк и смело зашел в лес.

***

Звук рога заставил троицу вздрогнуть, а Ссаныча – встопорщить шерсть и нервно мяукнуть.

- Ну вот, допрыгались. «Снять плащ, снять плащ»… Доигрались? – хмуро спросил привратник, поднимая с земли палку. – Орки пронюхали твои светлые эманации. Готовимся к гостям.

Эльфийка виновато вздохнула. Зоя Валерьяновна сузила глазки. Ей хотелось покоя и полежать.

- Гля, какая краля, - раздался наконец неблагозвучный голос пятого.

- Гы-гы! А это че за бабка страшная? Во чучело!

- Гля, и бомж с ними.

Пара орков стояла перед опушкой и гоготала, а потом, протянув ручищи и пуская слюни, пошли прямо на Галаэнхриель, игнорируя фурию и привратника.

Галаэнхриель тоскливо посмотрела прямо в не отягощенные интеллектом морды орков, взмахнула рукой, кастуя заклинание «Светлое очищение».

- Раскайся, недостойный,

Услышь свой голос злобный,

Возрыдай в тени дерев…

- Не надо, - испугался привратник. Он первый заметил, что в светлое заклинание вплелись черные нити магии от некроплаща.

Но было уже поздно. Исковерканная магия обрушилась на орков неотвратимой лавиной. А через секунду от пятого и седьмого остались только спортивные штаны с лампасами и надписью «Адидас», которые лежали двумя кучками на травке.

- Это чего? – хлопнула глазами светлая, разглядывая элементы орочьего гардероба, - я же только пожелала, чтобы они услышали все плохое, что говорили в последний год, и раскаялись.

Привратник подошел к штанам, присел.