Ядовитый Факультет. Фея, которую вы заслужили.

Цветная схема порталов и несоответствий колыхалась перед глазами. На динамическом трёхмерном чертеже в режиме реального времени рвались и выстраивались связи. Подземка была прямо-таки пропитана чарами высшего порядка.

Изначально она проектировалась архитекторами, теургами и стихийниками как транспортный узел, зародыш великой трансконтинентальной сети, откуда можно будет в два счёта попасть не только в самую отдалённую провинцию Мережа, но и буквально на край галактики. Метили высоко.

Но увы, загаданное не сбылось.

Замыслу не суждено было осуществиться. Досадная ошибка в вычислениях артефактора, упущение эксперта-иллюзиониста – и подземка превратилась в сущее городское проклятие.

Прямо сейчас, застыв, как кролик перед удавом, я созерцала свою собственную смерть. Бездушная, она не ведала пощады. Оглушал перестук колёс, слепил дальний свет. И было действительно бесполезно прятаться в жёлобе – меня бы это не спасло.

От чьего-то ощутимого толчка в последний момент слетело оцепенение, и я переключила внимание на схему: портал соткался напротив всего секунду назад.

Шанс, ниспосланный свыше. Шанс, которым нельзя пренебречь.

Я решилась. И, окутанная сиянием, прошла сквозь стену тоннеля, как заправский ходок по измерениям. Поезд остервенело промчался за моей спиной, а не по мне, как было задумано.

Что скажете? Нойта молодец? Молодец.

Я поражалась своей фортуне: пробыть в портале считанные мгновения, не успеть испугаться зловещей фантасмагории изнанки и выйти практически рядом с собственным домом!

Чем не праздник?

Сказочная, поистине сказочная ночь плыла над землёй.

Мир был пронзительно чудесен, гулок, всеобъемлющ в своей гармонии и красоте.

Лес утопал в мерцающем тумане. Где-то на верхушке Хвоистой Химеры пела соучастница таинства – печальная ночная птица. Заунывно гудел рожок лесных хранителей Неге – крупных и феноменально мохнатых, чьи норы прячутся глубоко в корневой системе вековечных деревьев.

Я отпустила волос Путеводной Нити, и теперь по моим жилам, замещая свет, разливалось тихое счастье.

Я могла быть навеки стёрта из этой реальности. И ведь буду стёрта, никуда не денусь. А ночь останется. Останется птичье пение, багрянец рассветов, плеск моря, кисейная тонкость облаков и таинственный шорох леса.

Когда-нибудь я, наверное, буду скучать по ним.

А они – лес, море, небо – вспомнят ли они обо мне?

Помотав головой, я прогнала беспричинную сентиментальность. Не хватало ещё Инычужей слезами впечатлить.