Царевич Горохов и Принц Лягух

— И кто же, интересно?

— Двух слонов, — поведал Сидор с гордым видом, — и три обезьяны.

— Не бьет, — лукаво молвил Андрюша. — Слон да обезьяна — только два получается. А где еще три зверя?

С минуту Сидор смотрел на него как на сумасшедшего.

— Два слона и три обезьяны — получается пять, — наконец заявил он. — А вовсе не два, как кажется некоторым царевичам. А еще говорят, ты в заморских странах грамоте учишься. Орихметике всякой...

И он громко хохотнул, тряся бородою от удовольствия.

— Ты не с той стороны глядишь, — сжалился над Андрюшей Вороныч.

— Просто Сидор все понимает буквально. Давным-давно персидский шах пожаловал нашему царю Гороху, дай Бог ему здоровья, дары заморские. И среди них как раз была пара слонов и три обезьяны. В те поры мы ко двору были особо приближены, потому как витязи Круглого Стола, не то, что нынче... Сидор тогда и познакомился с этими забавными зверьми. Покуда они не передохли зимою, когда шибко злые морозы стояли.

— Точно так, — подтвердил Сидор. И в следующее мгновение из его большого и круглого глаза даже выкатилась крупная скупая слеза.

Он затряс мордой, чтобы избавиться от этого печального воспоминания, а вороний волшебник в свою очередь подступился к нашему злополучному царевичу.

— Ты мне другое поясни, Ондрейка. Дело то в наших краях происходит в твоем анекдоте, верно?

— Верно, — кивнул Горохов, покуда вовсе не чувствуя подвоха.

— Так вот ты объясни мне, пожалуйста, друг любезный. Как тут у нас, в холодной реке крокодил африканский очутился, а?

И покуда Горохов соображал, как бы получше ответить этой тупоумной вороне, ни бельмеса не смыслящей в остроумии и соли любого анекдота, вороний волшебник ехидно подсказал:

— Может, у него крылышки выросли, у крокодила-то? Или он к нам из своей Африки как наши журавли да аисты прилетел? Только наши птицы на юг на зиму летят.

А этот наоборот — на север подается, где прохладней?

Андрюша даже задохнулся от такой непроходимой тупости вороньего человека. Ну, надо же?! А еще волшебник, называется.

..

— Наверное, этот кро-ко-дил будет первым, — совсем по-лошадиному заржал Сидор, показывая крупные желтые зубы. — Думал про себя, небось, прилечу-ка я первым в Лукоморье, займу речку получше.

— А тут на тебе — лягушки водятся размером с бегемота! — поддакнул ему Вороныч, и оба уроженца Лукоморья принялись радостно скалиться.

— А, по-моему, вы просто дураки несчастные, — с обидой пробурчал Горохов. — И у вас напрочь отсутствует чувство юмора.