Трудно быть ведьмой

Она снимет внутренний портрет Мухиной, и тогда хоть что-то прояснится. Формулировать приказ надо с умом. Хотелось бы, чтобы он был полезен нам, но при этом не слишком противоречил желаниям человека. Зачем тебе сильная отдача, правильно?

Женька кивнула.

-- Это да, отдача даром не проходит. Хоть и чистишь потом организм, все равно плохо. Но если надо для Лизы – потерплю.

Я почувствовала, как теплеет у меня на сердце. Честное слово, мы ведь только что справились с куда более страшной напастью – ведьмой, пытавшейся нас заколдовать, а потом с ее непрошенными Дарами, от которых должны были умереть! Мы выжили, потому что помогли друг другу.

Неужели нам не победить какого-то жалкого Эдика?

-- Привет! – почти весело кивнула я подошедшей Лизе. – Сядь и слушай. Но учти – хорошего не узнаешь. Так что держи себя в руках.

Лиза выполнила указание буквально – она обхватила себя за плечи и крепко сжала. Зато не заплакала.

-- Женщина, которую он любит, сейчас вон там? – тихо спросила она, едва я закончила. – Я хочу на нее посмотреть.

Можно? Ведь что-то в ней, наверное, есть? Что-то, что ему по-настоящему надо.

-- А разве он ее любит? – с деланной наивностью уточнила я. – Ты, кажется, уверяла, что любви в нем нет – разве что к себе. Я ошибаюсь?

-- Нет любви, -- согласилась Лиза. – Точно нет! Значит…

-- Значит, их связывает не любовь, а выгода. Они что-то задумали.

Лицо подруги посветлело.

-- То есть он мне не изменяет?

-- Тьфу! – не выдержала Женька. – Какая тебя разница, дурочка, трахались они или нет? Важно, каковы их планы.

Ты же сама говорила – Эдик притворяется любящим, чтобы чего-то от тебя добиться. Чего именно – вот главное!

-- Но я не могу этого узнать, -- объяснила Лиза. – Я не читаю мыслей, я вижу.

-- Очень хорошо, -- поспешила заверить я. – Сейчас ты на нее посмотришь и увидишь все, что надо. По моим расчетам, вон то окно на первом этаже. Если залезть на спинку скамейки, легко заглянуть. Только не забудь заглушку вытащить.

Лиза молча встала и, подойдя к нужному окну, взобралась на скамейку.

Мы добросовестно наблюдали.

Слава богу, никто нашу подругу не заметил и не шуганул. Минут через пять она спустилась сама. Вид у нее был мрачный.

-- Что? – поинтересовалась я. – Не томи!

-- Думаю, она его по-настоящему любит, -- грустно поведала Лиза, ероша себе волосы. – Нет, я не поручусь, что его – это можно определить, только когда они вместе. Но кого-то она любит очень сильно. Она не очень хороший человек. Наверное, совсем нехороший. Она никому не верит.