Видишь принца - целуй! И так восемь раз

Лаодика, засмотревшаяся на эльфа и не услышавшая вопрос отца, с недоумением уставилась на подруг, с жаром обсуждавших стати Батбаяра.

- Что я, кривляк-метросексуалов не видела? – отмахнулась от нее Аглая. – Ты посмотри, какой экземпляр!

Зотик Третий остро взглянул на шепчущихся отроковниц. Про непредсказуемые и местами неаппетитные сексуальные предпочтенияБлагочестивого по империи ходили разные слухи. Впрочем, Мназон Линос не всегда зря ел свой хлеб и Зотик обладал на этот счет исчерпывающей информацией.

Восхищение дочери лицемерным эльфом было ему неприятно.

А вот ее нелепые подружки из Руасии сразу отсекли Бондюэля как предмет для девичьего поклонения и на два голоса расхваливали принцессе орка. Заинтересованный в добрых отношениях с Багангхаем император уже готов был вручить каждой из них по медали «Благодетель империи» Первой степени.

- Впрочем, послушаем, как принцы поют! – поставила точку под жаркой девичьей дискуссией Полина.

Девушки устроились в креслах поудобнее и впились глазами в сцену.

Про юного менестреля, стоявшего в шеренге вторым слева, увы, никто из подружек и не вспомнил.

Бондюэль, на которого первым указал жребий, вышел на середину помоста и запел, помогая себе игрой на цитре. Полина и Аглая, в одночасье ставшие полиглотами с помощью безотказного артефактника, с интересом вслушивались в слова. Речь в балладе шла, как поняли девушки, о пятисотлетней междоусобице между шестью эльфийскими кланами.

- Всемилостивые боги, у него же контр-тенор! – воскликнула Полина парой минут позже и вскочила с кресла.

Подруги смотрели на нее с недоумением.

Необычайно тонкий и высокий для мужчины голос не очень вязался с мужественным обликом лучшего лучника и где-то даже раздражал.

Видя, что ее восторгов не разделяют, Полина с возмущением посмотрела на Аглаю и решила ее просветить:

- Самый высокий мужской оперный голос. Они могут петь даже арии, написанные для кастратов!

Аглая захихикала.

Лаодика, не знакомая с членовредительскими изысками итальянской вокальной школы, наивно хлопала глазами. Полина, демонстративно отвернувшись от подружек, благоговейно шептала:

- Огромная редкость… сказочное удовольствие...

Развеселившаяся Аглая внезапно обратила внимание на музыкальный инструмент в руках эльфа.

- Ой! Сколько же у него на гуслях струн?

- Темнота! – немедленно откликнулась разгневанная Полина.