Видишь принца - целуй! И так восемь раз

Какова была до недавнего времени вероятность, что Аглая когда-нибудь встретится с представителем одного из самых популярных фэнтези-народов? Ноль целых, ноль десятых. И нате, пожалуйста - вампир у ее ног, даже под ногами. И что?

Он был слишком взрослым, слишком высоким, слишком красивым и слишком чужим, чтобы даже гипотетически рассматриваться как объект девичьих мечтаний. Тот же Алки, несмотря на все его занудство, казался в этом смысле гораздо привлекательнее. Девушка еще раз вздохнула и скомандовала:

- Готовьте какую-нибудь одеялку, ему надо обернуть ему спину, чтобы не просквозило.

Я закончила.

Близняшки, придерживая школьницу под локотки, помогли ей спуститься на траву, и Полина сразу же накинула на спину Вайорелю одно из походных покрывал. Вампир грациозно поднялся, обмотал вокруг торса предложенную тряпку, непередаваемо изящно склонился, поцеловал Аглае руку и хорошо поставленным голосом произнес:

- Благодарю всех. Я теперь чувствую себя значительно лучше.

Алки, уже снявший с треноги котелок с кашей и пристраивавший туда чайник, негодующе фыркнул.

Это же надо так уметь перетягивать все внимание на себя!

Девушки споро порезали хлеб и сыр, высыпали на расстеленное льняное полотенце горку яблок и груш.

У маленького отряда, благодаря Тонату незапланированно разросшемуся на две единицы, изначально недоставало двух мисок. Теперь стало не хватать трех. На предыдущих привалах сестрам и народному дуэту доставалось по одной миске на двоих, благо, ложки, захваченные еще из Зала Ожидания, обнаружились на дне Полининого рюкзака.

(Тарелок там почему-то не нашлось, и Полина удостоилась ну очень выразительного взгляда со стороны подруги). Раскладывавший кашу Алки понял, что теперь и ему придется есть с кем-то из одной тарелки, и этот кто-то - самоуверенный вампирюга.

Алки вздохнул, вредность поборолась-поборолась в нем с гостеприимством, и проиграла. Он протянул свои миску с ложкой Вайорелю, а сам принялся есть прямо из котелка, зачерпывая кашу половником, благо тот был ненамного крупнее обычной ложки, только ручка длинная.

Взгляд его при этом как бы предупреждал: пошутите - убью.

* * *

Впрочем, опасения его были напрасны. Все четыре девицы смотрели только в одну сторону, и в ней располагался отнюдь не бедный кашевар. Наконец путешественники насытились, напились чаю - угадайте, кого чуть не отправили мыть посуду, но не тут-то было - и Вайорель приступил к долгожданному рассказу.

- Как я уже говорил, я солист императорского балета.