Его любимая зараза

Соприкосновение с мягкой поверхностью прошло удачно, но голова, если честно, все еще отдавалась легким перестуком подсушенных алкоголем мозгов. – Это угроза?

- Я похож на самоубийцу, Сомелье? – снова выгнув брови, насмешливо переспросил Князь. – Все гораздо, гораздо проще, ехидна ты моя. Я не в силах вылечить твое похмелье полностью. Драконий ром – гадкая штука, знаешь ли. И твое облегчение лишь временное явление.

- Упс…

- Ага, - негромко рассмеялся этот невыносимый тип… а после, недолго размышляя, расстелился рядом во весь свой немаленький рост, закинув руки за голову.

– Так что, пока ты в сознании и до сих пор хочешь услышать правду, нам стоит поторопиться.

- Слушаюсь, и повинуюсь, - шутливо склонила голову я. И, пошебуршав мягким одеялком, приняла наиболее комфортную для себя позу, пристроив голову на мужском животе, и вцепившись мертвой хваткой в вожделенный хвостик. – Дерзай, я внемлю!

- Укушу, - почти серьезно фыркнул кицунэ в ответ. Естественно, ни о каком членовредительстве на самом деле речи не шло, и Дариан, коснувшись своей широкой ладонью моей макушки, начал говорить.

Причем, как выяснилось чуть позже, уже гораздо ближе к теме. – Кстати, радость моя, еще пару сотен лет назад я бы серьезно, с превеликим удовольствием отгрыз тебе руку, чтобы снять этот проклятый браслет.

Я чуть не дернулась от этого маньяка, как от бочки с тротилом. Вот это, блин, признание!

- Спокойно, - хмыкнул Лис, возвращая мою буйную тыкву на свое законное место – на его рельефное пузико.

– Я говорю о раньше, а не о сейчас.

- И на том спасибо, - буркнула я, ласково перебирая кончиками пальцев пушистый и мягкий до нереальности мех. – Варварские у вас методы, Ваше Темнейшество. Впрочем, и остальной мир не лучше.

- Ну, почему же? – почти удивился кицунэ, меланхолично рассматривая высоченный каменный потолок. – Наш мир не так уж и плох… Был, по крайней мере. Впрочем, даже сейчас, под гнетом постоянной угрозы со стороны Завесы, в нем есть свои прелести.

- Я, например? – запрокинув голову, не удержалась я от некоторого кокетства… И только потом сообразила. Ну, какое, блин, кокетство? Сколько мне лет, да и кто вообще до сих пор использует это слово?

Вот что влюбленное, похмельное сознание с попаданками делает!

- Разумеется, родная, - бархатно рассмеялся Князь, неуловимо касаясь моей щеки костяшками пальцев. – Без тебя этот мир будет совсем не тот. Впрочем, и самого мира не будет тоже.