Мама по ошибке

— Ричард, — сдерживая панические нотки в голосе, окликнула я его, — с вами всё в порядке?

Но тот будто не слышал, медленно, но верно притягивая меня всё ближе. Его ноздри трепетали, на коже то и дело проступали чёрные чешуйки, но миг спустя пропадали вновь. Казалось, будто он прикладывал неимоверное усилие, сдерживая себя. Вот только от чего?

— Ричард, вы меня слышите? — повысила я голос, а когда захват стал причинять боль, попыталась отдёрнуть руку. — Да отпустите меня, в конце концов, мне больно.

Последние слова привели его в чувство. Выпустив мою руку, с ужасом уставившись на красные пятна, оставленные его пальцами на моём запястье, Ричард отшатнулся, тряхнув головой, будто пытаясь сбросить наваждение. Его взгляд то становился яснее, то вновь темнел, будто подёргиваясь пеленой, и зрачок менялся одновременно с этим, то становясь обычным, то вновь вытягиваясь.

— Нужно кое-что проверить, — наконец, выдавил он и, подхватив меня на руки, бросился к открытому окну, без особого труда заскочив на подоконник.

Вцепившись в мощные плечи, как в спасательный круг, я зажмурилась, уже догадываясь, что последует за этим. Горло сдавил спазм, перекрывая дыхание, а сердце под рёбрами забилось так, что, казалось, готово было вырваться из груди.

— Ричард, пожалуйста, не надо, — выдавила я, пытаясь достучаться до его разума, но мои слова остались не услышанными, потонув в шуме ветра, зашелестевшего в кронах деревьев.

В тот же миг за спиной лорда распахнулись чёрные кожистые крылья, с треском разрывая одежду, и секунду спустя под мой надрывный визг он шагнул из окна.

Длился полёт недолго, закончившись буквально через несколько минут приземлением на широкую поляну возле ручья. Как далеко мы успели улететь от дома, я не знала, поскольку весь путь провела, уткнувшись в широкую грудь, кляня на чём свет стоит одного несносного эгоиста, не думающего ни о ком, кроме себя, и открыла глаза лишь тогда, когда меня осторожно опустили в высокую траву.

Вот только вместо мужчины надо мной уже нависал огромный чёрный дракон, судорожно втягивающий воздух трепещущими ноздрями и блаженно жмурящий глаза.

Ойкнув, я попыталась отползти, но под недовольный рокот, вырвавшийся из чешуйчатой груди, решила с этим делом повременить: не хватало ещё нарваться на недовольство дракона.