Мама по ошибке

Тряхнув головой, приводя мысли в порядок и отбрасывая сомнения, я сделала шаг, затем другой, и дверь, с которой не спускала взгляда, вдруг начала отворяться под звон в ушах и гулко бьющееся сердце.

— Светлая? — проскрипел старческий голос, назвав нашу с Викой фамилию, и я с трудом разглядела в густой тени того, кому он принадлежал. — Задерживаетесь, милочка, нехорошо!

Маленький старичок, ростом мне по пояс, с густой всклоченной бородой, что казалась белее снега, застыл в проёме, глядя на меня выжидающе, но, так и не дождавшись никакой реакции, сделал несколько шагов вперёд и пощёлкал пальцами у меня перед носом.

— Чего застыла? Али проблемы со слухом? — поинтересовался он недовольно, а я, вместо того чтобы ответить что-либо внятно, открыла рот, и тут же его закрыла, ошарашенная тем, что увидела при свете дня — уши у старика были вытянутыми, с мохнатыми кисточками на концах, как у белки, вместо носа торчало нечто, похожее на сучок, а в волосах, на макушке, проглядывали маленькие рожки, как у молодого оленёнка.

При виде такого набора под названием «Мечта сумасшедшего» я нервно захихикала и уже собиралась потереть глаза, чтобы убедиться лишний раз, что это чудо мне не мерещится, но вовремя передумала, вспомнив о макияже и, как истинная женщина, стоически перенесла возникший порыв, лишь немного поморгав в надежде, что мираж всё-таки развеется. Правда, мои попытки, кажется, приняли совсем не за то, чем они являлись на самом деле, поскольку дед молодцевато вскинул бровь и даже приосанился, стараясь казаться выше.

— Она не только глухая, но ещё и немая, — выдал он, растягивая губы в улыбке, демонстрируя мелкие острые зубы, — вот же повезло лорду, прямо-таки мечта, а не женщина.

— Да слышит она тебя, старик, — раздался из дома сухой женский голос, — и к тому же видит твоё истинное лицо сквозь личину.

— Да ты что! — восхитился тот, глядя на меня восторженными глазами. — Знавал я такую молодку, лет триста назад…

— Хватит болтовни, — резкий окрик вмиг согнал улыбку с морщинистого лица, — мы теряем время, хранитель.

— Что ж, заходи, девица-красавица, коли пришла, — махнул рукой старик, приглашая в дом, при этом почему-то виновато отводя взгляд в сторону. — Так ты, действительно, Светлая?

— Да, но… кхм, того… этого… в общем, не та, что вам нужна, — запинаясь выдала я, блеснув красноречием так, что у самой чуть не завяли уши, при этом пятясь назад. — Извините, если что не так, но мне пора домой.