Наследие драконов

Воздух, пропитанный ароматами прели и цветущей душицы, казался необычайно свежим. Такой можно встретить лишь вдалеке от больших поселений, где нет сточных канав и гор мусора под каждым кустом, но лёгкий запах дымка всё же улавливался. Либо его принесло ветром с вершины холма, где мои спутники решили развести костёр, либо где-то неподалёку были ещё люди, что настораживало: мало ли кого занесло в эту глушь. Это могли оказаться обычные охотники или дровосеки, а могли и разбойники, поэтому приходилось всё время держать «ушки на макушке», готовясь к любому повороту событий.

Выискивая звериные тропы, я время от времени натыкалась на грибницы, скрытые прошлогодней листвой. Проходить мимо такого лакомства совесть не позволяла, поэтому сорвав большие листья лопуха и скрепив их между собой ивовыми прутиками, отыскавшимися возле ручья, соорудила нечто похожее на корзинку, куда и стала складывать попадавшиеся на пути крепенькие молодые грибочки. Ну а что, не по карманам же их рассовывать, а так можно спокойно собирать, не боясь, что они раскрошатся на мелкие кусочки.

Тихая охота, как чаще всего я называла сбор грибов, обычно приносила мне умиротворение, вот только сейчас подобного почему-то не испытывала. Возможно, всему виной были события последних дней, а возможно — незнакомая местность, но факт оставался фактом. Что-то, несомненно, настораживало в окружающем пейзаже. Но вот что?

Лишь тогда, когда я наткнулась на звериную тропу, ведущую к водопою, поняла, что именно не давало мне покоя — нигде не было свежих следов какого-либо животного, даже мышиные тропинки, ведущие от одного дерева к другому, и те заросли травой.

От подобного открытия мурашки табуном пробежались по спине. Это что же такого могло здесь произойти, из-за чего даже грызуны сбежали?

Вернувшись к ручью, оставшемуся позади, я наклонилась, всматриваясь в зеркальную гладь, пытаясь понять, не это ли стало причиной ухода зверья: ведь если вода по каким-то причинам перестала быть пригодной для питья, исчезновение вполне объяснимо.

Но в глубине по-прежнему мелькали серебряные спинки рыбной мелочи, да и прудовиков на стебельках рогозы крепилось предостаточно, а ведь те первыми реагируют на изменения. Следовательно, с водой всё в норме. Что же тогда?

Спустившиеся сумерки окутали собой всё вокруг, закладывая глубокие тени там, где полчаса назад отчётливо виднелись стволы и ветви.