Зуботолог по обмену, или Шире рот, клыкастик

— С вас снимаются все обвинения, но… — он на мгновенье умолк и перевел взгляд на Лорда, тот уверенно кивнул в ответ. — Но за то, что вы по незнанию помогали садисту, вы приговариваетесь к обязательным работам на пожизненной основе, — от услышанного мое сердце едва не остановилось.

— Но как же… Но я же… — блея словно овца, старалась не расплакаться.

Как это так? Обвинения сняты, а на каменоломню всё равно отправляют! После ночи, проведенной в сырой темнице, страшно представить, что будет в шахте. Воображение рисовало неподъемные тачки, полные камней, и здорового надзирателя с кнутом в руке, который безжалостно обрушивает его на спины рабов.

Вот где справедливость? Надо было не вправлять челюсть этому козлу, пусть бы так и ходил всю жизнь и пускал слюнки себе на грудь.

— Никаких но! — судья стукнул молотком по столу. — С завтрашнего дня вы принимаете на себя обязанности городского зуботолога. И если вы так хорошо разбираетесь в зубах, то проблем, я думаю, у вас не возникнет.

И все присутствующие выпали в осадок.

Даже Корнезуб, доселе ухмыляющийся, снова вскочил и вперил в меня свой черный ядовитый взгляд. Мне показалось, что спину обдало жаром, но я повернулась и не обнаружила ни единого враждебного взгляда, только чистое изумление толпы. Неслыханное дело — девчонка без роду-племени и тем более диплома, бывшая обвиняемая и вдруг — столичный зуботолог! Столица будет гудеть еще не одну неделю, а все те, кто не был на суде, будут кусать локти, что не смогли присутствовать на таком эпичном уголовном процессе.

Глава 5

— Это произвол! Вопиющая несправедливость! — орал Корнезуб, когда его выводили из зала. На выходе он умудрился извернуться и бросить на меня последний, полный ненависти взгляд. — Ты заплатишь за это! — прошипел на прощанье и скрылся в дверном проеме.

Хорошо, что еще три года я его не увижу. Вот только они пролетят быстро, и если к тому времени я не помру, придется как-то себя обезопасить. Но об этом подумаю потом. Сейчас у меня есть более важные и страшные проблемы.

Меня освободили из клетки и отпустили на все четыре стороны прямо в зале суда.

Разношерстный народ расходился, а я стояла в растерянности и не знала, что делать. Куда идти? Нет, понятно, что в зуботологию, но загвоздка в том, что я не знаю дороги.

— Кхе-кхе, — кто-то откашлялся у меня за спиной, привлекая внимание. — Прошу прощения, что отвлекаю от столь важного занятия.

— Ой, да ничего, — отмахнулась я невпопад, будто меня есть, от чего отвлекать.