Мои любимые сучки

И хоть бы зарычала! Между тем, Томкина одноклассница по всем тем же пунктам была облаяна нещадно, и никакие последовавшие за тем вкусняшки не помогли. Нет, я согласен, что на Бабу Ягу похожа, но не угроза жизни в конце концов! А тут же реально испугаешься – здоровенный мужик в тёмном тамбуре! Так нет, эта «охранница» спокойно подождала, когда дверь откроется, радушно изобразила: «А, это ты? Привет-привет!», и пошла по своим делам, типа – твой гость, ты и занимайся. Хотя раньше, между прочим, встречала лихой ламбадой и неуёмным попрошайством.

Восстановив реноме, Серёга вошёл в кухню, загадочно пряча руку за спину.

– Томка, как ты с ним живёшь?! Над тобой он тоже так издевается?

Супруга в ответ скривила унылую безысходность.

– Тогда предлагаю выразить ему строгое «ну-ну!» и подвергнуть остракизму.

– Через повешение? – с надеждой посмотрела моя добрая супруга.

– Хуже! Мы оставим его без сладкого! – грозно объявил мой лучший друг и водрузил на стол тортик.

– Нормальненько! – воодушевилась Томка, только что слюнки не закапали.

– Эй, человек! – обратились уже ко мне. – Два чая пожалуйста!

– И блюдечки там прихвати...

– Эксплуататоры! – буркнул я и поплёлся исполнять роль радушного хозяина.

Пока я хозяйничал, Серёга по-свойски расположился за столом, сразу заняв его большую часть, и приступил к светской беседе.

– Слушай, Тома, всегда хотел спросить, ты какая «тома» – первая, вторая?

– Я – полное собрание сочинений! – гордо объявила та и уточнила: – Энциклопедия. Большая.

– А муж у тебя, значит.

– Ой, да какое из него средство передвижения!.. – отмахнулась супруга. – Он же у меня ещё ма-аленький, такой себе «энци-клопик».

– Но он работает, – серьёзно вступился за меня Серёга, – так сказать, растёт над собой. И вырастет когда-нибудь из твоего маленького энци-клопика большой эн-циклоп!

– ...Педический, – зачем-то добавила супруга.

– Ага, античное чудовище – энци-клоп-педик, – со смаком развил друг.

– Са-ами вы!.. – прорвалось, наконец, моё негодование. – Бывшие участники экспедиции.

– В смысле? – заинтересовались «участники».

– В смысле, «экс-педики»! – припечатал я.

– Ы! Ы! Ы-ы! – возмущённо поддержала меня Пташка.

Все посмотрели на неё. Добившись внимания, собака перестала грести передними лапами и, укоризненно ворча, улеглась обратно, мол, как вам не стыдно такие слова при женщинах и детях говорить.

– Умница моя, – похвалил я.