Нейтрально-враждебный

Там было грязно и пыльно и он, чтобы не чихнуть, зажал себе пальцами нос.

Шаги приблизились, и Стасику показалось, что в темноте он различает огромные ноги верховной кухарки.

- Гуляш? - позвала та. - Пойдем со мной.

Одной рукой Стасик зажал себе нос, второй рот, дабы случайно не издать никакого звука. Пожалел, что нет третьей руки, и для нее нашлась бы работа.

- Гуляш? Где ты прячешься, проказник?

В этот момент вдруг прозвучал сонный голос одного из слуг:

- Что такое? Кто здесь ходит? Кто..

Раздался негромкий чавкающий звук, и речь человека оборвалась. Судя по всему, оборвалась вместе с жизнью. Затем чуть живой от ужаса Стасик услышал шелест влачимого по полу тела. Верховная кухарка не сумела найти приговоренного к гуляшу подчиненного, но и без добычи не осталась.

А Стасик лежал под кроватью, умирал от страха и думал о своем будущем. Если завтра с ним не произойдет чуда и бывший черный рыцарь не возьмет его в ученики, то не миновать ему превращения в гуляш. Разве что сбежать.

Глава 21

Сразу после завтрака Стасик отправился к апартаментам Трокуса. Дверь в жилище была заперта, внутри царила темнота. Стасик робко потоптался у входа, не решаясь постучать. Он подумал о том, что бывший черный рыцарь может еще спать и если он своим стуком пробудит его, ветеран едва ли этому обрадуется. Черные рыцари не отличались добротой и пониманием, ни действующие, ни бывшие.

После получасового несения почетного караула возле двери в жилище Трокуса, Стасик привлек к себе слишком много нежелательного внимания. Стражники начали подозрительно коситься на него и перешептываться. Возможно, у них возник следующий вопрос: что этот слуга забыл здесь и почему стоит без дела? Не зная, кого ему бояться сильнее, Стасик решился и постучал в дверь.

Стучать пришлось долго. У него уже заболели костяшки пальцев, когда из дома донеслось недовольное ворчание, будто там пробудился рассерженный медведь. Затем дверь с грохотом распахнулась, и на пороге возник Трокус, взъерошенный, с помятым лицом, и в одних застиранных кальсонах.

- Я тебе сейчас по почкам постучу! - заревел он на Стасика, и паренек едва не кончился от страха на том же месте, где стоял.

- Чего тебе надо, заморыш? - зарычал Трокус.