Любите маленьких драконов. Орк и драконица

Окончательно ослабев от этого действа, на которое ушли последние силы, крылатая ящерица распласталась по крыльцу и устало прикрыла глаза. Оставалось только надеяться, что родителей просто нет дома и они вскоре вернутся. Дина даже не заметила, как провалилась в глубокий тревожный сон.

         Разбудил девушку родной голос матери.

         - Это кто у нас тут такой хорошенький? Какое чудо! И откуда ты тут взялся? – ворковала травница, склонившись и с интересом разглядывая нежданную гостью.

– Да ты у нас девочка! Рожек почти совсем нет. А окрас-то какой! Любимые цвета моей Динаэль – голубой с розовым. Вот она обрадуется, когда вернется!

         Эльфийка осторожно протянула к зверушке руку в желании погладить, а Дина, уже окончательно пришедшая в себя, радостно подскочила и заверещала, заставив мать испуганно отдернуть свою конечность. «Мама, это я, Дина! Ну узнай же ты меня наконец!» - кричала драконица, возбужденно хлопая крыльями и едва не взлетая от нетерпения.

Но недогадливая эльфийка никак не желала ее понимать.

         - Тише, тише, малышка, я тебя не обижу, - продолжала уговаривать женщина незадачливую дочурку. – Может, ты голодная? Давай-ка я тебе налью молочка. А потом уже будем разбираться, как ты оказалась в нашей глуши. Все питомники-то в центре Леса находятся, поближе к аристократии. А мы эльфы бедные, во дворцы не вхожие…

         Продолжая так ворковать, она открыла дверь, и Дина не преминула поскорее прошмыгнуть в образовавшуюся щель.

Ее мать только хмыкнула, но незваную гостью пропустила и с удивлением наблюдала, как драконица уверенно протопала на кухню, словно отлично знала, где она находится. Вспорхнув на табурет, Динаэль попыталась пристроиться за столом, ожидая, что ей накроют, как положено. Но мать строго прикрикнула:

         - Ты что это на стол лезешь? Ну-ка брысь! Вот тебе миска, иди ешь! – и плеснула в посудину, поставленную в углу на пол, молока.

         Дина растерянно похлопала круглыми желтыми глазами с вертикальным зрачком, но голод не тетка, и ей пришлось спрыгнуть и потопать к указанному месту. Острые коготки драконицы звонко цокали по деревянным доскам пола, отдаваясь в сердце бывшей девушки похоронной дробью. Но слабая надежда на то, что ей удастся донести до матери суть происходящего, еще теплилась в ее наивной душе.