Новая жизнь Семёновны и Захаровны

Захаровна подумала почти так же, но вдобавок к этому на неё ещё накатила волна паники — голосов было много.

«А если Смерть утаила, что компрометировать могут сразу несколько лордов? С неё станется!» — мысленно начала анализировать ситуацию, как отбиться от мужчин, имея тела в таком плачевном состоянии, она не знала. С прежним телом она бы их раскидала, как кегли, а сейчас... Короче, она тоже напряглась и приготовилась в случае чего отбиваться всеми доступными способами. А доступные были только стулья, и Зина судорожно соображала, как добраться до них.

— Ваша светлость, они хоть и в коме, но уверяю, девочки поправятся, — раздался женский голос, и у бабушек отлегло от сердца.

— Я в этом не сомневаюсь, меня больше другое волнует — не изменилась ли их печать? И если вы думаете, что вам сойдёт с рук этот инцидент, то глубоко ошибаетесь, — говоривший явно был зол.

Послышался звук приближавшихся шагов. Семёновна решила, что пришло время подать признаки к жизни, издала слабый стон и начала медленно приоткрывать очи и поворачивать голову.

«Косточка, а почему они как клоны?!» — мысленно задала она вопрос.

«Чтобы веды не влюблялись в кого не нужно. Забыли, что ли, выбирают вед, а не они, и если она к кому-то другому воспылает чувствами? Это ж потом проблем не оберёшься. Их лишили памяти, сил, а с остальным всё как у всех».

Захаровна тоже решила подать признаки жизни: любопытство — страшная вещь. Издав стон, она повернулась к делегации вошедших и, увидев их, издала сдавленный писк и сразу же накрылась с головой одеялом, а её тело стало сотрясать мелкая дрожь. Нет, не от страха — она всеми силами давила в себе истеричный смех, который грозил вырваться наружу.

«Спасибо, подруга, что не сказала, что к нам рота Зорро пожаловала. А то я бы прокололась».

«Теряешь сноровку, и ты не права, это мистеры Х», — мысленно посмеиваясь, ответила Клава и начала строить из себя испуганную невинность.

«Кончай трепаться! Вы на работе, потом всё обсудим!» — остановила мысленные переговоры работница потустороннего мира.

«Мы и работаем, видишь, как я трясусь от страха?» — продолжала глумиться Захаровна. Видимо, всё-таки стресс дал о себе знать, по-другому её поведение не объяснить.

«Цыц! — рявкнула Смерть.