Чужая война

Миролюбиво поднимая руки, я натянул самую искреннюю улыбку, которую только можно было, перед лицом неминуемой гибели:

— Х-хорошая… — тут мне в голову пришёл вопрос о принадлежности грифона к тому или иному царству. — Э-э-э, Ноа?

— Что такое?

— Так это птичка или кошечка?

— Откуда я знаю, идиот! — кипя гневом, ответила Кейтлетт — Если тебя это так заботит сейчас, посмотри под хвост. Если есть клоака, значит птица.

— Не буду я смотреть этой тва… кхм, — я поспешил исправиться, — райскому созданию под хвост, оно меня сожрёт!

Грифон звучно клекотнул, намекая, что это вообще-то он тут главная персона, двигающая сюжет.

— Так, товарищ грифон, может, вы не будете нас кушать? — продолжил попытки достучаться до разума этого создания, если таковой вообще имелся, я. — Мы не вкусные…

Зверь в ответ выразительно щёлкнул клювом, словно говоря, что это уже не нам судить.

— Ноа, скажи, перед смертью, почему я понимаю эту птицу-льва лучше, чем тебя?

У Кейтлетт, конечно же, нашлось, что возразить.

— Просто, Рейланд, вы общаетесь на одном интеллектуальном уровне.

Я опасливо покосился на грифона — он ведь мог и понять сарказм. Однако его уже заинтересовало что-то другое, происходившее с той части гнезда, которая выходила к долине. Причём настолько, что от нас он отвернулся. Судя по человеческим крикам, там внизу происходило что-то интересное.

Желая подтвердить свои догадки, мне тоже нужно было посмотреть, однако грифон заслонил собой весь «балкон».

— Разрешите! — решимости мне хватило лишь на то, чтобы не испачкать штаны и попытаться отодвинуть крыло зверя.

Грифон немного посторонился, но лишь затем, чтобы посмотреть на меня взглядом, в котором читался немой вопрос: «Тебе что, жить надоело?».

— Либо я умру от любопытства, либо от когтей! — ответил я абсолютно серьёзно.

Грифон, скорее всего из жалости к такому скорбному умом, решил меня пощадить и даже пропустил дальше. Посмотреть там было на что.

Внизу, у подножья скал, копошилось человек тридцать с верёвками, крюками и прочим альпинистским снаряжением. Похоже, что они собирались забраться к гнезду.

Над причиной и думать было нечего, надо полагать, что грифоны не просто так жили в непроходимых горах.