Моя невеста - интроверт!

Как и жизнь наша одна на двоих. Так что имею полное право знать, чем живет моя половина…

— Ты! Нет у меня никакой половины, слышишь?! И я вообще начинаю подозревать, что она есть только у задницы! Положи немедленно на место мои вещи! Ты грязный маньяк! Извращенец! Змеюга! — закричала я, постепенно все больше распаляясь и приходя в бешенство. — Положи мою ночнушку и выметайся из моей квартиры!

Но дракон лишь покачал головой.

— Ни за что. Ни за что на свете не уйду, пока сам не захочу. К тому же, у меня здесь дела.

— Какие дела в моей квартире?! Ты совсем сдурел?! Зачем ты вообще приперся в мой мир?! Если есть дела, сними себе гостиницу и работай на здоровье!

— Каков гнев! Знаешь, Римма. А мне даже нравится, когда ты такая. У нас у всех в семье жесткий характер. Ты отлично впишешься… — протянул дракон, очаровательно улыбаясь. В его глазах заплескалось золото.

— Сейчас ты у меня впишешься во что-нибудь! Чтоб ты переболел асфальтовой болезнью, драконюга несчастная!

Дракон же тем временем продолжал исследовать мой дом и мою крепость.

— Неужели у вас не носят платьев? — удивленно приподнял он бровь.

— У нас не такие придурковатые правила, как у вас. Свободный стиль одежды и поведения, — хмыкнула я, профи в поведении…

— Вот как? Дракон докопался до ящика с бельем. Услышав мой предостерегающий крик, лишь немного приоткрыл его и, лицезрев миниатюрность бытия, одобрительно хмыкнул.

— Точно извращенец… — шипела я, продолжая с ненавистью смотреть, как император Арэллин шарится по моей квартире.

— А кто тебе готовит? И как ты жила в таком маленьком помещении? — удивился дракон, проходя на кухню.

«ХОЗЯЮШКА!» — злорадно пропели в голове тараканы, а я почему-то остро захотела стать страусом и спрятать голову в пол. Потому что на кухне царил еще больший хаос. Бесчисленные кастрюли, сковородки, ковшики, складированные в раковине, которым так и не суждено было обрести уже чистоту и покой.

— KFC и МакДоналдс… — в ужасе отозвалась я, с замиранием сердца глядя, как император Арэллин приподнимает одну из чашек и обнаруживает там исписанный мной клочок тетрадного листка. Там было лишь одно слово, повторенное несколько десятков раз — «ненавижу».