Моя невеста - интроверт!

Отвратительного вида, с клыками и собачьими мордами, горящими углем глазами они навевали ужас на всех, кто осмеливался когда-либо их видеть. Существовала легенда, что ими становились оборотни-отступники, выпросившие вечную жизнь у Преисподней и продавшие за это свою душу и свое сердце.

— Что нам делать? — с надеждой в глазах пролепетал посланец дурных вестей.

— Собирай наших. Всех до единого. Женщин и детей спрячьте в одно место, лучше в дом Старейшин. Там хорошие замки.

— А с этой что делать?

— С кем?

— С девушкой-отшельницей? Ее куда? Дом как раз на западной границе.

Люку показалось, что сердце ухнуло в пропасть. Ему надо было бежать! Бежать к Римме! Но стая… Кто-то должен был ее вести… Люк снял очки и растер костяшками виски. Заболела голова. Чья-то прохладная ладонь легла на его плечо.

— Я заберу ее, Люк. Позабочусь о безопасности. А ты веди стаю.

Люк облегченно выдохнул. Лючия точно не пропадет в беде. Ее ум и проницательность всегда играли ей на руку, восполняя с лихвой небольшие физические способности.

Ее как-то пытались травить за очки и хилое телосложение, но Лючия поставила себя так, что каждый стал признавать ее интеллект и всегда шел за советом. Появились те, кто с радостью бы наваляли обидчику, найдись такой.

Едва за Люком закрылась дверь, Лючия схватила небольшую холщовую сумку, закинув туда печенье, чай, головку сыра с луковицей, глиняную флягу с водой и тяжелый кошельзолотых монет. Нацепила на шею оберег в виде раскинувшей крылья птицы и стремглав выбежала из дома.

Я как раз только закончила разговаривать с императором Арэллином, удостоверившись в том, что Его Драконье Величество уснуло, развалившись на моей же кровати прямов сапогах. Полюбовалась немного разметавшимися льняными волосами на подушке, занервничала, еще раз осмотрев бардак в собственной квартире. Да уж! Только таких высокопоставленных гостей принимать… И угораздило же его притащиться в мой мир! Чего он там хочет найти? Прогрессивные технологии, лекарство от всех болезней или неприятности на собственную голову?

Внезапный женский визг заставил меня насторожиться.

Сердце заколотилось как бешеное. Вслед за визгом раздался протяжный, вытягивающий душу, вой. Кровь, как ей и положено, застыла в жилах.

— Что это? — прошептала я, настороженно подходя к окну. То показывало лишь глухую черноту ночи.

«Римма, мы же туда не пойдем, да?» — заволновались таракашки.