Моя невеста - интроверт!

Люка и Норда нигде не было видно. Ожидание было томительным, словно пытка.

— Когда они уже начнут? Может, чего случилось? — прошептала Лю.

Наконец, глашатай закричал, что бой начинается.

На арену, в самый центр, вышли двое мужчин — Люк, задумчивый, в очках со сломанной дужкой, растрепанный, словно не спал всю ночь, и Норд, уверенный в себе Альфа клана. На лице его гуляла довольная усмешка. Было видно, что уверен в своей победе настолько, что уже мысленно праздновал ее.

— Начинайте! — закричал кто-то с трибун, а публика отозвалась ему призывным свистом.

Норд усмехнулся.

— Надеюсь, ты принесешь мне каплю крови Риммы, прежде чем умереть?

Люк пожал плечами.

— Как пойдет.

В этот же миг оборотни стали перекидываться. Затрещала одежда, и вот, в центре поляны стоят уже не двое мужчин, а два волка: один крупный и черный, скалящий пасть, с красными, углем горящими глазами. Другой серый, невысокий и худой.

Послышалось рычание, и вот черный вцепился острыми клыками в плечо Люку.

Тот дернулся, оставляя в пасти альфы кусок собственной плоти. Попытался сделать ответный выпад вперед, но лишь с размаху получил когтистой лапой по морде. Закапала темная кровь, заливая серую шерсть.

— Так его, Альфа! Пусть не думает, что может крутить шашни с твоей девушкой! — засвистела толпа.

Норд зло ощерился.

— Слышал, Бета. Не надо крутить шашни за моей спиной! Я повелся у тебя на поводу и даже забрал твою бедную больную девочку у драконов… Но ты отплатил черной неблагодарностью, не сказав, как она изумительно пахнет…

Еще один выпад, и вот, у Люка уже располосован бок.

Дыхание сбилось от потери крови, а голос захрипел.

— Я люблю ее…

— Вы не связаны! Ты не можешь ее любить. А вот я скоро смогу! — еще один удар и Люк падает на землю, но с трудом поднимается.

— Сдаешься, Бета?

— Нет.

Я сидела в комнате, упиваясь тишиной. Она обволакивала меня, словно густой кисель. Заглушала мои мысли, мои чувства и мою боль. В руках я держала все то же письмо с отравленными иглами внутри… Наверное, я просидела так уже несколько часов.

— Я не могу… — шептала я. — Не могу…

Все ушли смотреть состязание, оставив мои окна и дверь в покое. Я знала, что время неумолимо шло, но мне казалось, что я могу еще подождать… Еще немного… Совсем чуть-чуть… Набраться смелости… Выйти из дома… Мои страхи сковывали меня, связывали по рукам и ногам. Мой разум кричал о том, что нужно хоть что-то сделать, но я не могла… Я боялась.