Моя жизнь и любовь. Книга 2

В первую очередь о своеобразных приливах и отливах их чувственности, причём чем естественнее любовная игра, тем надёжнее она дает ключ, так сказать, к сердцу и чувствам женщины. А для мужчины это главная награда, как сказал мудрый старый Монтень, который писал о «стоянии у дыбы и яслей перед едой».

Я всегда пытался добиться признаний от своих подруг об их первом опыте в сексе, но, за исключением нескольких француженок (по большей части актрис), мне мало что удавалось. В чем причина, должны объяснить другие, но я обнаружил, что девушки странно сдержанны в этом вопросе.

Снова и снова, когда я лежал в постели с Эйрин, я пытался заставить ее рассказать мне о ее первом совокуплении. Наконец она призналась в одном приключении.

Когда ей было около двенадцати, в Марселе у нее была гувернантка-француженка. Однажды эта дама вошла в ванную, сказала Эйрин, что она долго купалась, и предложила помочь ей вытереться.

– Я заметила, – сказала Эйрин, – что она пристально смотрит на меня, и мне это понравилось.

Когда я вышла в комнату, гувернантка завернула меня в халат, сама присела, посадила меня к себе на колени и начала вытирать. Когда она часто прикасалась ко мне там, я раздвинул ноги, и мадам очень ласково прикоснулась ко мне. Потом вдруг поцеловала меня… Страстно поцеловал в губы и оставил меня. Она мне очень нравилась. Она была милой, очень умной и доброй.

– Она когда-нибудь вытирала тебя снова?

Эйрин рассмеялась.

– Вы слишком много хотите знать, сэр, – только и сказала она.

Когда я вернулся в Афины в конце лета, я снял комнаты в народном квартале и жил очень скромно. Вскоре Эйрин навестила меня. Мы часто ходили в греческий театр, и во второй половине дня вместе часто читали Феокрита[82 - Феокрит – древнегреческий поэт III в. до н.э., известный преимущественно своими идиллиями.]. Но мадам М. была слишком однообразной, и весной я решил вернуться через Константинополь и Черное море в Вену, так как чувствовал, что мой Lehrjahre (годы ученичества) подходил к концу.

Меня манили Париж и Лондон.

В один из последних вечеров Эйрин захотела узнать, что мне больше всего в ней нравится.

– У тебя множество хороших качеств, – начал я. – Ты всегда добродушна и рассудительна. О внешности и говорить не приходится: твои прекрасные глазах и гибкая хрупкая фигурка… Но почему ты спрашиваешь?

– Мой муж говорил, что я костлявая, – ответила она. – Он сделал меня ужасно несчастной, хотя я изо всех сил старалась угодить ему.