Как в сказке. Время чудес

— Послушай себя, друг, — прошептал он, медленно приближаясь. — Это всё твои кошмары. Ты уже не можешь их контролировать. Тебе нужно подлечиться. Ну подумай, зачем мне это нужно?

— Ради денег и порошка, что хранятся в тайнике в твоём кабинете.

Он остановился, растерянно глядя на меня. Столь нелепо он выглядел в этой своей пижаме в горошек и пушистых тапочках.

— Я лишь хочу знать, почему, — прошептал я, прищурившись и глядя на него. — Как давно ты подсел на эту дрянь?

Он горько усмехнулся и обречённо вздохнул, развёл руками в стороны, словно не найдя причины или подходящего оправдания.

— Посмотри на себя, — отчаянно прошептал он, едва слышно в ночной тишине. — Ты обращаешься в кошмар. А я… Я не мог подвергнуть свою семью такой опасности. Но и бороться с кошмарами я не мог, они разрывали меня изнутри. Даже реабилитация не помогла. Мне нужно было чудо, и я получил его. Но за это пришлось заплатить свою цену.

— Ты ещё её не заплатил, — покачал я головой.

— Сдашь меня полиции? Ты же знаешь, я не смогу выжить в тюрьме.

Меня уничтожат.

— И что же ты мне предлагаешь?

— Отпусти меня? — заговорщически наклонился он, отчаяние и мольба в его голосе нарастали. — Я постараюсь вылечиться. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы стать прежним Реем. Прошу тебя, Питс.

— Прежнего Рея больше нет, — холодно ответил я. Мгновение он посмотрел на меня с ужасом, с отчаянием, прежде чем грянул выстрел. Я не отводил взгляда от его глаз. Я хотел их видеть. Хотел стать свидетелем того, как он осознает, что пришёл час расплаты за предательство.

Он упал на пол безвольным телом, его взгляд затуманился, изо рта потекла слюна. Где-то в глубине души я чувствовал тянущую боль и пустоту, заполняемую едкой злостью. Кошмар в моём теле набирал силу, он жаждал выпустить гнев, выпустить скопившуюся ненависть, подавить эту ноющую боль от всего происходящего. Во имя всех погибших из-за этого проклятого пылекартеля. Семь невинных душ взывали ко мне, говоря о том, что я сделал слишком мало. Или это были не их голоса? Но я повиновался. Я нажал на курок ещё два раза, не прекращая наблюдать за телом. Его кожа начала бурлить разными цветами, будто пытающимися вырваться наружу. Ещё секунда — и он взорвался изнутри потоком карамели и ягодного сиропа.

В реальности это всё заняло не больше минуты, но мне казалось, что прошла целая вечность. Я услышал торопливые шаги по лестнице, а потому развернулся и шагнул в ночной мрак, захлопнув за собой дверь. Истошный крик Натали прорезал тишину.