Шерсть Имею.

Потому как ютиться в тумбочке порядком задолбало.

Ночь проходила тихо, если можно назвать тишиной храп в три ствола, что несся с соседних кроватей. Может, поэтому Юлька так и рвется домой?

Я попробовал тихонько свистеть, говорят, от этого храпеть перестают. Врут, после этого храпят с присвистом. Попробовал дергать за пальцы ног, тоже никакого эффекта. Эти трубы иерихонские просто поворачиваются на другой бок и как максимально несогласованный хор, продолжают нести какофонию в массы. Хотел укусить вместо того, чтобы дергать за ноги, но вовремя понюхал и одумался.

Я уже не знал что делать. Юлька лежала как-то слишком неподвижно, видно, что не спит, а прикидывается.

- Юля! – тихонько позвал я, - ты же не спишь…

- Это удивительно, правда? Отчего это я не сплю? А, видно, капризничаю.

- Юль, ты знаешь, я подумал над твоим предложением сбежать. Если нас утром врачи сами не отпустят, то сматываемся.

- Черт, а чего ты вечером не согласился? Сейчас бы уже дома были.

- Ты мне скажи, как ты тут спать умудрялась?

- Пока температура была, то нормально. Мне, наверно, вместе с антибиотиками и жаропонижающими еще и снотворное кололи. Я и спала… А потом как в себя приходить начала, но еще ставили уколы, снилось, что я сплю на перроне вокзала, поезда вокруг ездят, колесами стучат…

- …и везут они какие-то камнедробильные машины, а те грохочут и грохочут, да?

- Наподобие, - рассмеялась Юля. – а теперь, когда я совсем в норме, так вообще херсон.

- Что такое херсон?

- Город такой… Вот здесь, у нас в палате его похоже строить надо было.

Тут одна из храповицких соседок проснулась и заорала:

- Ну, ты, полудурошная, хватит сама с собой разговаривать! Я из-за тебя ни на секунду глаз не сомкнула! Вот пожалуюсь завтра доктору, он тебя быстро в другую палату определит, где не простуду, а голову лечат! – и, повернувшись на другой бок, захрапела так, что стекла стали отвечать перезвоном, как во время бомбежки.

В палату заглянула постовая медсестра и, увидев, что Юлька сидит на кровати, призывно махнула ей рукой.

Юля вышла в коридор, а я пристроился под дверь – подслушивать.

- Девушка, я знаю, какие у вас громкие соседки. Могу предложить на выбор: либо диванчик в ординаторской, либо поможете мне истории болезней заполнять.

- Спасибо. Я – Юля, а вас как звать?

- Алена. Берите свою зверюгу, не бойтесь. Я его видела, я никому не скажу.