Шерсть Имею.

Лишь метко брошенная карта успела приостановить падение дверцы, избавив меня от судьбы лягушки в пустом кувшине.

Сверху раздались крики высшего начальства. Акцент Арутюновича от принятых на грудь (а также на воротник, подбородок и немного на ботинки) коктейлей стал ещё сильнее, и из-за многочисленных «э» казалось, будто русскому языку глава компании учился не в школе, а на пастбище. Главбухша же была куда спокойнее, чем при нашей последней встрече, и её чадо явно было оставлено в праздничном зале.

- Слушэй, Люда, ну это жэ нэ в какие ворота нэ лэзэт! Ты вэсь пэрсонал запугала, мою фирму пэрэделала, а тэперь Христину в окошко выкинула! Я понэмаю, пэрвый этаж, но это жэ чэловэк, хоть и твоя подруга! Нэлзя же так!

- Нишкни, гейша.

Это ты персонал распустил, ни профессионализма, ни уважения, ничего! Соддом! А эта коза сейчас моего сына изнасиловать пыталась! А всё твоё содомитское влияние!

- Сколько тэбэ раз повторять, жэнщина, я не трэнсвэстит, это косплэй! Это модно, вэсэло, и нэ грязно!

- Если даже и так.

А если я выберу самые сочные фото и отправлю твоей маме в Ереван? А? Что глазки потупил, девонька ты моя златозубая?!

- Это нэчэстно! Я и так для тэбя всё сдэлал! Да я в свою фирму захожу только в крайнэм случаэ, потому что страшно смотрэть, в какой ад ты тут всё прэвратила! Что ты ещё хочэшь? За любую вину пэрсонал на гильотину отправлять? МЫ РЭКЛАМЩИКИ, НА КОЙ ЧЭРТ У НАС В ПОДВАЛЕ ГИЛЬОТИНА?!

- Это у меня с прошлой работы сувенир. Слушай сюда, фея моя толстомордая… ты здесь только потому, что Я так решила.

Хочешь орать – срывайся на работниках, они всё стерпят. Но если ты ещё хоть раз поднимешь на меня голос…

Я судорожно начал собираться. Я детективы люблю, и потому с младых ногтей знаю, что жизнь у свидетелей убийств очень сложная и очень короткая. Но, вместо того чтобы тихо улизнуть, я неожиданно для себя поднял крышку сейфа и во всю глотку заорал:

- Эй, мужик! Отлично шьёшь! Оставишь автограф поклоннику творчества?

Грымза меня, конечно, не услышала.

А вот директор округлившимися глазами вперился в меня, словно увидал привидение. Но осознание неожиданно пришедшей шизофрении удивило его куда меньше, чем то, что я держал в своих лапках.

- И на что это ты смотришь, когда я с тобой разговариваю? Ах ты ж…, - осеклась мучительница, увидав мой экспромт с компроматом в руках. Повисла тишина, и было слышно, как два таких разных мозга одновременно запустили программы проверки связи с реальностью.