Великий камень Сардиса

Он знал, что происходит в каждой из них, иногда имел представление о научной основе того или иного механизма, постепенно познакомился с работой и управлением многих приборов, время от времени он давал своему работодателю очень хорошие подсказки в отношении средств достижения цели, особенно в том, что касается выполнения чего-либо с помощью инструментов, не предназначенных для этой цели. Если бы Сэмми мог взять любую машину, сконструированную для бурения отверстий, и заткнуть ею отверстия, он считал бы, что принес пользу своему роду.

Блок был абсолютно лояльным человеком. Интересы своего работодателя он всегда ставил превыше всего. Но хотя старик понимал, иногда даже очень хорошо, но всегда в достаточной степени, чего пытается добиться изобретатель, и оценивал масштабность и часто удивительный характер его исследований, он никогда не верил ни в одно из них.

Сэмми был глубоко старомодным человеком. Он родился и вырос в те времена, когда паровой локомотив был достаточно хорош и быстр для любого разумного путешественника, и он предпочитал хорошую пару лошадей любому транспортному средству, которым управляют с помощью ручки и контролируют его скорость с помощью регулятора.

Роланд Клив мог придумывать любые чудесные приспособления, какие ему заблагорассудится, и делать с их помощью всевозможные удивительные вещи, но Сэмми все равно считал, что, даже если машины будут делать все, что от них ожидается, вещи, которые они делают, в целом не стоят того, чтобы их делать.

Тем не менее, старик ни словом, ни делом не вмешивался в планы и действия своего работодателя.

Напротив, он всячески помогал ему – верностью, советами, неизменной преданностью и трудолюбием, но, несмотря на все это, одним из самых твердых принципов его жизни было то, что Роланд Клив не имел права просить его поверить в ценность невероятных и удивительных замыслов, которые он вынашивал.

Прежде чем Роланд Клив уснул этой ночью, он посетил все свои мастерские, фабрики и лаборатории. Его люди были заняты во время его отсутствия под руководством различных специалистов и управляющих, и те, кто отвечал за это, считали, что все продвигалось так хорошо и быстро, как и следовало ожидать, но Роланд Клив не был доволен, хотя многие из его изобретений и машин оказались гораздо ближе к завершению, чем он ожидал.

Работа, которую необходимо было выполнить в его линзовом доме, прежде чем он сможет приступить к великому делу своей жизни, была еще не закончена.