Тайны академии драконов, или Куда приводят мечты

— Девять месяцев, — чуть помедлив, видимо, прикидывая что-то в уме, ответил он.

— За девять месяцев, милок, очень даже могла, — усмехнулась старуха, — это я тебе говорю как женщина.

Отступив к двери и застыв в проходе каменным изваянием, дракон не спускал взгляда с младенца, в то время как я пыталась его успокоить, баюкая на руках и нашёптывая всякие нежности, правда, пользуясь случаем, иногда поминая недобрым словом некоторых сомнительных личностей, которые своим поведением приносят столько неудобства честному народу.

— Как тебя зовут? — спросил мужчина после того, как младенец наконец-то задремал.

— Ламира, — ответила по привычке раньше, чем сообразила, что в моём положении делать бы этого не стоило. — А вас?

Вот оно мне это нужно? Нет! Треклятая вежливость. Но с другой стороны, надо же было как-то начать разговор.

— Тайрон, — сухо ответил тот.

— Так вот, Тайрон, — перешла я сразу к делу, поскольку и так подзадержалась в этих местах, а тянуть время, в моём случае, непозволительная роскошь, — честно, мне трудно объяснить произошедшее, скорее всего потому, что далека от вашей магии, но, может, вы сами всё поймёте, когда узнаете правду.

..

*Тайрон тер Рейстон

Сегодня с самого утра всё шло наперекосяк — в запретное подземелье пробрался адепт, чуть не поплатившись за это жизнью, в лаборатории артефакторов каким-то «непостижимым» образом, по словам тех же учащихся, сработал древний артефакт, выпустив на волю премерзкое существо, заточённое в нём уже многие столетия, которое ловили до самого обеда, задействовав в поимке старшие курсы боевых магов.

Причём, как этот самый артефакт появился в аудитории, никто не знает. И ведь правда не знают — проверено сферой истины. Поэтому, когда вечером сработал артефакт связи с Шайри, впервые за девять месяцев, которые прошли с момента её побега из дома, я уже не ждал ничего хорошего.

Так оно и получилось.

Качество связи было отвратительное.

Это могло произойти лишь в двух случаях — либо сестра находилась за тридевять земель от моей академии, либо артефакт был неисправен, но одно слово мне всё же удалось разобрать — «спаси».

Ругнувшись сквозь зубы, я постарался вызвать в памяти образ сестры, пытаясь настроиться на родную кровь, правда, не особо рассчитывая на результат, ведь за те самые девять месяцев пробовал это не раз, но Шайри будто отгородилась от нас непробиваемой стеной.