Девушкам открыты все двери!

Не то чтобы фей был революционером, но сам меч являлся источником не только проблем, но эхом закона. Раз уж явился наследник давно почившего короля, значит, об этом должны знать как можно больше людей. Тогда уж Королева не посмеет утаить происходящее. Магия, которой она защищается, пойдёт против неё. Уж лучше остаться королевой-княгиней и доживать век в своей резиденции, нежели погибнуть ради власти, которая повернулась к хозяйке пятой точкой. В общем, себе дороже.

– Колдовство, – тихо, но очень серьёзно, откликнулась Оридна.

– Однозначно, – согласился с сестрой Орсан. – Сталь не может беречь тепло или холод.

– Видимо, рассказывать о холодильнике бессмысленно, Валя дернулся почесать затылок, но, вспомнив предостережения Жана, поцарапал кончик носа. – Но это осуществимо. Я докажу вам!

– И как Вы собираетесь это сделать, миледи? – лир был полон скептицизма.

– Есть ножи и клинки, значит, есть и тот, кто их делает. Нам всего лишь нужно найти хорошего кузнеца.

Верно?

– Логично, – кивнула девушка, но неуверенно прикусила губу.

Город показался Вале очень шумным вариантом деревни. И многолюдной, при всём этом – хорошо охраняемой. Почему не городом хоть с какой-либо оговоркой? – Сам парнишка тоже задумался над этим, и пришёл к выводу, что для города селению не хватало какой-то особой солидности. Крепких запахов, если не брать в расчёт навозный, вальяжности и щепетильной гордости. Ещё до подхода к городским воротам он отметил общую раздолбанность строений да и людей тоже.

Той расхлябанности, что была у этих «городских», в деревне, в которой они с Яном повстречали Жана, не было и в помине. Именно аккуратность и гордость за эту аккуратность. Город плевал на всё в прямом смысле. Красиво и опрятно было именно там, где звенела монета. Не город, не деревня – так, городишко.

Однако, все мысли Валентина вихрем выдуло из головы, когда они прошли к охране городских ворот. Жан успел предупредить товарища, что его ждёт возможный осмотр, но в то же время и успокоил – процедура занимала какие-то секунды, да ещё и с ними была валькирийка, а, значит, будь даже с ними какое-нибудь нелегальщина, в трёх четвертях случаев их пропустят без вопросов.

Мало кому тут придёт в голову, что нелегальщина уже не арестована Оридной. А вот остальная четверть возможностей приходилась на крупные неприятности.

Валя боялся попасть в эти двадцать пять процентов.