Тайны академии драконов, или Демон особого назначения

— Что? — Подобной пытки я не выдержала и пяти минут, опасаясь поперхнуться очередным кусочком вкуснейшего блинчика, приготовленного Булей, из-за такого пристального мужского внимания.

— Я ждал протестов и истерики, а ты даже не возмутилась, — откликнулся он, не став долго мучить моё любопытство, поднявшее голову над всеми остальными эмоциями. — Вот думаю — это признак глупого безрассудства, или ты действительно отважная девушка, не сдающаяся перед лицом опасности.

— Конечно, глупого безрассудства, — небрежно отмахнувшись вилкой, не стала разочаровывать собеседника, а то вдруг ещё заинтересуется всерьёз, а мне такое и даром не нужно.

— Разве девушки могут быть отважными? Уж точно нет! Это же прерогатива мужчин. Вот сейчас позавтракаю и начну метаться по дому, вопя от ужаса и заливая пол слезами, как ты и предполагал… Просто блинчики очень вкусные, не хочется пока отвлекаться.

— Я так и подумал, — совсем по-юношески фыркнул он, мгновенно утратив своё ледяное высокомерие, став похожим на обычного парня, причём, довольно симпатичного, — но всё же надеюсь, до этого дело не дойдёт: не люблю сырость.

— Надо же, какое совпадение, — брякнула я, совсем не собираясь откровенничать, вот только произошедшая с ним перемена немного выбила из колеи, прорвав оборону показного безразличия.

— Тоже не любишь сырость и дождь? — удивился мужчина, причём, судя по выражению лица и по тому, как он подался вперёд, забыв о вилке, которую поднёс ко рту, эта общая черта была ему приятна.

— Нет, не люблю, — взяв себя в руки, не сразу нашлась с ответом, вызывая очередную едва заметную улыбку, скользнувшую по мужским губам. — Это плохо сказывается на цвете кожи.

— Зря стараешься, — возвращаясь к завтраку, спокойно произнёс снежный.

— Ты о чём?

— О том, что ты пытаешься казаться хуже, чем есть на самом деле, так вот — зря. Я неплохо разбираюсь в людях, вижу лицемерие и фальшь. В тебе их нет.

А вот юношеского максимализма и упрямства, присущего возрасту, хоть отбавляй. Пытаешься настроить меня против себя, чтобы я отказался от свадьбы?

— Нет, что ты, — горько усмехнулась, сбрасывая маску светской леди и становясь собой, — всего лишь пытаюсь не дать нам совершить ошибку. Мы оба знаем, что абсолютно разные, как огонь и снег, день и ночь, и обрекать нас на жизнь, полную разочарования и боли, в угоду политическим интересам я не хочу.