Re.Start

И только мы с Пушком вздохнули с облегчением. У нас уже не было ни каких дел. На душе легко. В голове светло.

–Задание выполнено, – с миной кота после сметаны сообщает рогатый.

Мой вид не лучше. В семьдесят три года помер как ни как, а сейчас то двадцать пять.

–Я принята? – с надеждой в голосе интересуется брюнетка.

«Да» – в один голос выдыхаем мы с Пушком, словно после горячего чая в сорокаградусный мороз.

–Yes! – победно визжит она, радостно подпрыгивая почти до потолка. Тут же садится напротив наших довольных морд, водрузив груди на сложенные на столе руки.

Довольство растет. Вырез то по пупок. – Меня Мирьетой зовут, если что. Ну и куда отправимся, а то бланк оформить надо и снаряжение у меня не готово?

Разум обоих трезвеет с откликом в десять наносекунд, когда вспоминаем предстоящий пункт назначения. Синхронно с Пушком целуем лбом столешницу. Подпрыгнуло все, включая и груди девицы. Из-за административной стойки доносится ржачь. Коня или Николавны сложно понять.

Предлагаем Мирьете отсрочить вступление, поскольку направляемся на топи, а от некрофилии вряд ли сможем удержаться.

Сообщает, что она вовсе не против. Оказывается за стойкой прячется стадо мустангов – судя по звукам.

–Тебя не смущает возможность помереть? – интересуюсь я, уже осознавая потерянность случая.

–Ой, забыла сказать, – опомнилась девица. – Я же хил и бафер. Так что вам без меня точно идти не стоит.

Озадачены. Прикидываем все за и против. В конечном итоге переглядываемся. Пушок предлагает Мирьете тест на любовную совместимость, заодно оповещая собравшихся, что мы готовимся идти на тараканов, а я же заказываю необходимое количество эля – то есть дохрена.

К тому же дама согласная.

Всегда считал, что самые быстрые существа – акулы, увидавшие русских туристов. Хрен там. Тараканы еще не разглядели лиц на наших шатающихся фигурах, как стали искать укрытия: улья там, чугунки, яблони. И это при их то размере. Явно на одном мозговом процессоре создавались. Наводка у Мирьеты хромает, поэтому некоторым тараканам приходилось дважды лишаться усов, а рогатому – самолично пришивать свой хвост, вырванный из крокодильей челюсти.

Животное ни как не хотело дрессироваться. Хотя одного мне удалось приучить подавать лапу и кувыркаться через себя. Пока разминались, кто-то успел построить вокруг шатер и продать под сотню билетов. Хотели забегаловку прикрыть, но обещали выплатить гонорар, как незаменимым сотрудникам. А мы что, мы не против. Пусть народ любуется.