Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

– А чего я такого сказал? – удивился Саджиз.

– Думать же надо! – Максим постучал костяшками пальцев по лбу. – Видишь, парень того, впечатлительный.

– А мне-то что?

– Мне-то, мне-то… Ладно, рассказывай по порядку, что там к чему…

– Что вы застыли, остолопы?! – первым очухался султан. Опираясь на носилки, он с превеликим трудом воздел грузное тело на ноги и потер зашибленный бок. – Там же наша дочь! О, Будур, несчастная малышка…

Стража, гремя щитами, побежала ко входу в баню. Султан заторопился следом, переваливаясь с боку на бок.

– Глаза, глаза закройте! – крикнул он стражникам вдогонку.

Стража послушно закрыла глаза, и сразу произошло первое столкновение в дверях: два стражника, стараясь сохранить выбранное ими направление, врезались друг в друга щитами и закупорили дверной проем. Они толкались и работали локтями, неприлично ругаясь, а сзади уже подоспели следующие стражники. Те тоже боялись ослушаться султана и не открывали глаз. Двоих застрявших в дверях смело внутрь на раз-два. Они повалились на пол, щиты их откатились, оглашая раскатистым звоном небольшое помещение, и тогда из дверей повалили остальные.

Никто ничего не видел и, главное, не понимал, куда и зачем нужно бежать. Вбегая в двери, стражники кружили на месте, щупая свободными руками пространство вокруг себя и без разбору тыча копьями.

– Ай! Ой! Уй! – доносилось то и дело. В рядах стражников царила невообразимая неразбериха.

– Меня кто-то уколол! Это ты, Ибрагим? Узнаю твои дурацкие шуточки.

– Сам дурак! Вот тебе, паршивый осел!

– Ай! Это не я говорил.

Меня-то за что?

– Передашь… кому надо.

– Вот я тебе передам, гнусный верблюд с языком шакала!

Бум-м!

– Ох! Да вы что, с ума посходили? Я вообще только встал.

– Вот и лежал бы себе…

– Гиена горбатая! На тебе, вот!

Тр-рах!

– Это не я! Я не горбатый!

– А кто горбатый?

– Не знаю. Не бейте меня-а!..

– Молчать!!! – гневно затопал возникший в дверях повелитель правоверных. – Всех казним, до единого!

И неразбериха в один миг прекратилась. Стражники выстроились в стройную шеренгу, несмотря на закрытые глаза –сказывался многолетний опыт, – вытянулись «во фрунт», выпятили грудь (или животы – у кого что получалось) и преданно «уставились» на султана.

– Где наша дочь, мы вас спрашиваем? – продолжал бушевать султан. – Где она?

– Я здесь, о отец! – донеслось справа из-за чуть приоткрытых дверей.

– За нами-и-и! – взмахнул рукой султан и поковылял к дверям, но у самого входа в купальню замялся, отступил в сторонку.