Ала ад-Дин и повелитель Джиннов

Он, словно сговорившись с матерью и котом в желании не дать выспаться Ала ад-Дину, все норовил мазнуть юношу по лицу. Ала ад-Дин поморщился, отстранясь, широко и протяжно зевнул и потянулся за рубахой.

– Ала ад-Дин, сынок! – донеслось со двора. – Разожги тандыр.

Кот опять полез на колени и взялся ластиться. Ала ад-Дин дернул коленом и встал.

– Потерпишь! – сказал он строго коту. – Я сам еще ничего не ел. И вообще, иди лови мышей.

Кот вздернул хвост трубой, презрительно вскинул морду и направился к входной двери.

Мышей ему ловить вовсе не хотелось. Может, добрая старая женщина его пожалеет и даст что-нибудь лакомое, соответствующее его сану священного животного? Ведь он как-никак облагораживает жилище своим присутствием! Но здесь был не Египет, и старушка ничего не знала о высоком положении котов, а потому со двора вскоре послышалось:

– Не крутись под ногами, бездельник! Иди лучше мышей ловить, а то вообще ничего не получишь.

Кот обиженно фыркнул и поплелся в небольшой сад наблюдать за резвящимися на ветках воробьями – позже он обязательно испытает судьбу еще раз.

Ала ад-Дин тем временем накинул рубаху, натянул худые чувяки и поднялся с постели, упираясь руками в колени. Глаза слипались на ходу, но ведь мать не оставит его в покое, пока он не сделает всего, о чем та просит.

– Доброе утро, мама, – поздоровался юноша, выйдя на двор.

– Здравствуй! Сколько можно спать? Или опять какой сон досматривал?

– Не было никаких снов, – вяло огрызнулся Ала ад-Дин, проходя к тандыру, у которого кучкой были свалены сухие сучья.

Их осталось совсем мало, и скоро придется идти за город, туда, где из каменистой почвы в изобилии торчат высохшие на корню деревья. – Я всю ночь глаз не сомкнул.

– А все твои глупые фантазии.

– Мама!

– Все, не хочу ни о чем слышать. Разжигай быстрее тандыр, а то лепешек с тобой не дождешься.

Ала ад-Дин надулся и полез в тандыр с совком. Нужно было выгрести золу и уложить свежий хворост.

– Хорошенько выгребай!

– Мама, занимайтесь своим делом, – прогудел Ала ад-Дин из тандыра.

– Я-то занимаюсь, а вот ты в прошлый раз плохо почистил, и все лепешки в саже были!

– Мама!

– Что «мама»? – Старушка бросила кусок теста на доску и изо всех сил принялась мять его.

Спорить с матерью было бесполезно, а потому Ала ад-Дин нашел наилучший выход из положения – замолчал, работая руками.

– Ты скоро?

– Да! – Ала ад-Дин закончил укладывать хворост и выбрался наружу. Затем разжег огонь.