Отступники

О Пустом Океане, о людях, о том, как они устроены, о животных. Он часто смеялся над религией Зверя. Говорил, что все это глупости, и что Светозверь – единственный повелитель природы, а политики просто используют Церковь как третью силу… Я не совсем поняла, что это значит. А ты понимаешь?

- Полагаю, что он разделял три ветви контроля населения, - сказал я пораженный ее рассказом. – Армия, закон и церковь Зверя. Поняла теперь?

- Наверное, - сказала она, завязывая аккуратный узелок. – Девушке моего возраста и положения, скорее всего и не нужно понимать такие вещи.

Даже знать о них.

Я промолчал. Думал о том, что она рассказала. О том, что перед каждым выпущенным болтом стоит чья-то личность, чья-то история, чьи-то мечты и желания. Я не то чтобы распустил нюни, просто я четко осознал, что не хочу убивать людей не в порядке самообороны. Добывать, обманывать, проникать, казаться и ускользать – пожалуйста. Это моя совесть выдержит. А убивать особо опасных стариков обучающих грамоте несчастных беспризорных девочек пусть предложат кому-нибудь с чистой совестью.

Может быть, в этом смысле я был непозволительно слаб. Но мысли о том, чтобы стать сильным теперь вызывали у меня ужас.

- Прости меня. Я не хотел.

- Не знаю, - сказала она, накладывая дощечки. – Но я не слышу зла в твоем голосе. Ты просто надеялся, что сможешь свалить все на других? Но не сумел.

- Да, - согласился я. – Не понимаю, почему ты возишься со мной.

- Может быть, они рано решили научить тебя этому, - сказала она. – Может быть, потом ты все-таки привыкнешь.

К чужим растоптанным мирам. Разумеется, я не смогу тебя простить, но никому не станет лучше, если ты потеряешь руку.

В этот момент я подумал, что это, возможно, самые добрые слова, которые могут быть сказаны человеком.

- Закон один для всех, - продолжала она слабеющим голосом. – Они тоже знали, на что шли. Ты спрашиваешь, что я могу знать о мире вокруг себя? Ты прав, почти ничего… Но я поступала, как все люди поступали до меня: семья, какая бы она ни была, это всегда твоя сторона.

- Не нужно объяснять это мне, - сказал я, помогая ей правой рукой. – Не в ко-ня корм. Как ты себя чувствуешь?

- Лучше, чем ты, - отмахнулась она.

- Это хорошо, - сказал я, с некоторым раздражением понимая, что у меня, оказывается еще и ребра поломало как сучья для костра. Два или три. Слева, как нетрудно догадаться. - Слушай, так тебе есть куда идти? Односложно.

- Да, - сказала она, старательно заканчивая работу.

- Тогда иди.