Очень наглая ведьма

Князь и его лорд-демон переглянулись, но, видимо, передумали комментировать мою стряпню. Надай с сомнением посмотрел на свою тарелку и решил поголодать, покуда злая магичка не уедет.

– И тебе приятного аппетита, – буркнул Дис и, демонстративно морщась, наколол яичницу на вилку.

Я свою порцию съела довольно быстро. И что им не нравится? Вполне съедобно, и даже не пересолено. Так что пусть не жалуются. Вот только почему-то никто не спешил притрагиваться к еде, кроме Диса, конечно, уже давно ко всему привыкшего. Поджав губы и прищурившись, я медленно и нарочито громко забарабанила пальцами по столу.

Под моим пристальным взглядом дрогнул и сдался сначала Танатар, а затем и Надай. Кельтар сопротивлялся дольше всех, но оно и понятно – там, в Пандемонии Пантейском, еда явно получше будет, и даже моя хмурая физиономия не смогла заставить гурмана-архидемона притронуться к моим кулинарным «шедеврам». И, как всегда, некстати вспомнились слова Диса о том, что я испортила Люцифелю аппетит своей «голой» выходкой.

Я решительно отставила пустую тарелку и тряхнула головой, отгоняя непрошеные мысли. Не хватало еще подобно благовоспитанной девице потерять голову от стыда. Подумаешь, голым пупком архидемона напугала, эка невидаль. И вообще, надо думать не обо всяких глупостях, а о делах. Кстати, да, надо переходить к делу.

– Значит так, пока вы едите, я обрисую ситуацию, – перестав барабанить пальцами и скрестив руки на груди, заявила я. – И то, что вы едите, означает отсутствие комментариев с вашей стороны, понятно?

Естественно, мужчины поперхнулись, услышав мои слова.

– Вопросы задаем с поднятием руки, – рыкнула я, пресекая возможные споры. – Лишнего не скажу, дважды повторять не буду.

Условия были принято молча. Просто достойных возражений не нашлось, а мое далекое от радужного настроение обеспечило отсутствие мелочных замечаний.

– Итак, как Танатар-нор уже знает, он остается в замке, усиленно лечится и лишний раз никуда не высовывается, верно? – князь, явно недовольный, хотел что-то сказать, но Кельтар чувствительно ткнул его в бок, и бунт был подавлен. – Надай также остается в замке…

Мужик вздрогнул и глянул на меня как-то затравленно.

– Н-но, госпожа магичка, у меня семья-а… – проблеял он неуверенно.

– Триста золотых, – оборвала его я.