Он

Но что поделать, если в последнее время на Земле таких вот обсосов-наркоманов большинство?

Потому и бегут они толпами в открывшийся недавно соседний мир Грязь. Бросают тела, которые сами же и довели до подобного плачевного состояния и стряпают себе новые, цифровые. С их точки зрения красивые.

Где-же то замечательное время, когда сильные мужчины погибали в настоящих сражениях, турнирах, дуэлях? Вот когда не было никаких проблем с выбором подходящего тела. Не то что это стремное убожество с руками-спичками и ввалившимися глазами.

Ладно, на полдня сойдет. Наверное, даже полностью восстанавливать этот срам не стоит. Так только, чтобы в глаза не бросаться.

Риммон с отвращение оглядел худые синюшные руки и ноги. Одежды на нем не было никакой. За исключением проволочки с жестяным номерком. Он с трудом отцепил гадость и бросил в угол. 

В морге было холодно, но мертвое тело не могло страдать. А вот сам Риммон мог. Но в основном от осознания того факта, что ничего получше не подвернулось.

Он подошел к двери. Она естественно была заперта. Снаружи. Изнутри ни ручки и защелки предусмотрено не было, оно и понятно. Местные постояльцы обычно не склонны к прогулкам.

Вздохнув Риммон прикинул варианты. Стучаться и ждать, когда откроют? Нет, жалко времени. Да и потом возникнет миллион вопросов, а то еще и любящие родственники нарисуются. Не говоря уже о том, что это тело даже экспрес-осмотра не пройдет. Оно ведь мертво технически. Несмотря на то что ходит, двигается и говорит.

- Ехал грека через реку видит грека в реке рак, - громко сказал Риммон и остался доволен. При необходимости легкие втягивали воздух, голосовые связки исправно функционировали, язык почти не заплетался. Да, попадались тела и похуже, было дело. С отрубленными головами, например. В таком случае наладить диалог было проблемно.

У самого потолка виднелось небольшое зарешеченное окошко. Собственно, через него и поступал весь имеющийся в морге свет.

Сбросив на пол несколько тел Риммон с громовым стуком и скрежетом сдвинул столы так, чтобы можно было добраться до окошка. Да, это тощее тело легко в него протиснется. Если, конечно, удастся сковырнуть решетку.

Но прежде…

Пришла в голову мысль. Вместе с ним, в морге хранилось еще тринадцать трупов. В еще более жалком и ничтожном состоянии, чем тело, доставшееся Риммону.