Царевич Горохов и Закон для Дурака

И Марьянка посмотрела на него сейчас точь-в-точь как тогда директор школы. Словно бы хотела сказать: что же ты, Горохов? Как тебе только не...

— А почему ты думаешь, что Боян Боянович угодил в беду?

Вопрос Марьянки с ходу разрушил всю картину сладких гороховских воспоминаний. Андрюше понадобилось целую минуту, чтобы понять, о чем же его спрашивает девочка.

— Ну, как... — замялся он. — Во-первых, его уже так давно нет в нашем мире. Ну, том, где я живу. Он ведь там работает заведующим избой-читальней, как он сам выражается.

Тут Горохов вспомнил графа и уровень местных познаний в делах книгохранения, поэтому тут же принялся объяснять.

— Понимаешь, Марьянка, «би-бли-о-те-ка» — это на самом деле такое место, наподобие терема...

— Да знаю я прекрасно, что такое библиотека, — сердито перебила его царевна. — Думаешь, я совсем уже такая дура, как эти...

И она кивнула в сторону улицы. Так что Горохов не понял, кого она имела в виду — оборотней или население деревни.

— В общем, слушай меня и запоминай, — решительно сказала девочка. — Все, что тебе колдун прикажет — исполни в точности. Скажет в огонь прыгать — прыгай. Велит никуда из дому не выходить и неделю сидеть безвылазно — сиди. Хотя этого он, конечно, не скажет.

— А что скажет? — покосился Горохов. Странная все-таки эта девчонка, Марья-царевна. Хотя в смелости ей не откажешь, это уж точно. И еще было что-то в ней такое — непонятное. Горохову казалось, что разгадка близка, она где-то рядом, в двух шагах, стоит лишь протянуть руку, и можно ухватить.

— Скорее всего, скажет то, что ему велит Боян Боянович. Сейчас звезды так сложились...

Марья-царевна подняла голову и глянула на темное как смоль небо, в котором не было видно ни звездочки.

— ... что будет колдун слышать Бояна Бояновича еще три дня и четыре ночи, — важно сказала девочка.

— Слушай, Марья, — тихо сказал Горохов. — Ты не можешь мне все объяснить по-человечески, а? Давай так — с толком, с чувством, с расстановкой!

Надеюсь, что наша училка по литературе не будет на меня в обиде, что я слизал сейчас ее любимое выражение, подумал Горохов.

— А что я такого сказала? — обиделась девочка. Но тут же махнула рукой: мол, что с тобой поделать, придется разжевывать как маленькому. И разжевала.

Да так, что у Горохова в очередной, какой уже раз за сегодня глаза полезли на лоб и едва не остались там навсегда.

Глава 9

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ.