Царевич Горохов и Закон для Дурака

Открылась прореха, и теперь следовало ее залатать. Но прежде всего нужно было найти саму утечку волшебства. А если еще предстоит и сразиться с тем, кто эту самую дверь открыл?!

— Теперь мне все ясно, — решительно сказал наш герой. — Завтра же утром отправлюсь к колдуну. И если он опять станет запираться — весь дом его вверх дном подниму, а будет упрямиться — и самого колдуна вытряхну из его крепости!

— Только смотри, не переборщи, — усмехнулась Марья-царевна. — И не забудь для дяди Бояна свою книжку. А самое главное.

..

Она шутливо растрепала Горохову чуб и ловко прищелкнула по носу.

— Будь осторожен и не слишком задавайся!

— Одно другому не помешает, — кивнул Горохов.

В скором времени перед ними потянулись сосны. Брезжил рассвет, и их стройные стволы были уже хорошо заметны на фоне стремительно сереющего неба. Среди них особенно выделялись три могучих дерева. Они образовывали почти правильный треугольник.

— Вот я и пришла, — радостно сообщила Марья-краса.

— Как — пришла? — не понял Горохов. — Куда?

— Да вот сюда! — засмеялась девочка и указала на три сосны.

И пока Горохов пытался взять в толк, куда же именно они пришли, она тихонечко отстранила его рукой. При этом на одном из пальчиков маленькой царевны отчетливо блеснуло в полутьме серебряное колечко.

— А теперь отойди маленько, царевич, — велела Марьянка. — Потому что тебе сюда пока со мною нельзя.

И в ответ на немой вопрос Горохова поспешно прибавила:

— Ты ведь не обитатель волшебных земель Лукоморья. И притом нужных слов пока не знаешь.

Она легко шагнула в треугольник, образованный тремя соснами, словно легкая славная птичка-зарянка вспорхнула в гнездо.

— А теперь закрой на минуточку глаза, — лукаво скомандовала она.

— Это еще зачем? — недоверчиво возразил Андрюша.

— Потом сам увидишь, — пояснила она.

— Ладно, если это прямо так уж важно, — пробурчал он и послушно зажмурился.

Несколько секунд вокруг царило безмолвие, после чего тишина окружающего леса вздохнула, словно живой человек, и робко прошелестела сосновыми кронами:

— Или не увидишь, царевич.

..

— Уже можно? — сердито крикнул Горохов. Но никто ему не ответил.

— Эй, Марьянка! — позвал он. И открыл глаза.

Между трех сосен тихо курился легкий синеватый дымок. И больше там никого не было.

Сколько ни искал ее Горохов, сколько не кричал, оглашая лесную даль отчаянными призывами, так никто и не откликнулся. Понял Андрюша, что исчезла Марья-краса, бесследно канула в незримую дверь, которая как раз меж трех сосен и открывалась.