Царевич Горохов и Закон для Дурака

Вот они уже начинают превращаться в полулюдей-полузверей, меняются их глаза, вытягиваются морды...

Но вот, наконец, и знакомая развилка. Даже не успев подумать при этом, каким образом ему удается ориентироваться в кромешной тьме подземелья, он с ходу затормозил, развернулся и бросился в левое ответвление волшебной галереи. И опять, как и в прошлый раз, спустя минуту-другую его подхватила невидимая сила и стремительно понесла вперед и вверх.

Только все это время, пока Горохов летел в неизведанное, вокруг него в волшебном тоннеле почему-то отвратительно и крепко пахло гнилой квашеной капустой.

А также и кое-чем еще похуже.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ. ВМЕСТО ТОГО ЧТОБЫ СРАЗУ ПОПАСТЬ С КОРАБЛЯ НА БАЛ, ИНОГДА ЛУЧШЕ СНАЧАЛА ЗАГЛЯНУТЬ НА ЕГО ГЕНЕРАЛЬНУЮ РЕПЕТИЦИЮ!

По свидетельству ученых, но не всех подряд, а только тех, которые знают, что говорят, одна минута смеха продлевает нашу жизнь ровно на один день. Правда, они ничего не говорят насчет того, можно ли насмеяться впрок сразу лет эдак на сотню дальнейшей жизни.

У кого есть время, те могут посчитать время такого полезного смеха на калькуляторе, у Горохова же времени сейчас не было ни лишней минутки. Потому что он летел, но не как в прошлый раз — вверх, а как раз наоборот! И оттого, что он крепко зажмурил глаза, как когда-то в детстве, когда ему случайно попал на лицо едкий шампунь, Горохову было совсем не легче.

Нечто подобное, наверное, испытывает парашютист, летящий в свободном падении вниз, к родной земле. Но в отличие от нашего героя парашютист обычно имеет за плечами парашют плюс еще один — запасной.

И к тому же парашютист всегда летит домой, то есть на родную землю. А куда летел сейчас Горохов, он даже и приблизительно предположить не мог.

Уже давно перестало вокруг вонять гнилой квашеной капустой, а также и кое-чем еще похуже. Горохов уже даже не понимал, где он и кто на самом деле. Говорят, что в состоянии невесомости некоторые люди и впрямь испытывают сходные ощущения. Но кто может знать, что с тобой будет, когда ты окажешься целиком и полностью в объятиях могущественного колдовства?

Но потом раздался тихий хлопок, под Гороховым забурлил горячий воздух, точно он был миниатюрным вертолетом, и наш герой, наконец, приземлился.

Мягкой посадкой это назвать было нельзя, Андрюша не удержался на ногах и покатился по дощатому полу. Доски под ним опасно заскрипели, но выдержали, и напоследок Горохов успел почувствовать их запах — свежие, сосновые, видно, недавно срубленные и только что настеленные.