Гончая сумрака. Переворот

Лекарь осторожно прощупал кончиками пальцев кожу вокруг. Внешне рана выглядела небольшой, безобидной полоской, но кровоточила, будто грудь пробили насквозь тяжёлым копьём. Даже удивительно.

Кентавр задумчиво покачал головой, а после жестом показал приложить заранее приготовленную повязку, обработанную очередной вонючей мазью, забинтовать и облачаться.

— Сталь заговоренная, — вслух решил поделиться соображениями лекарь, пока мне опять не приспичило красочно описать предстоящую встречу с будущей жертвой, сделавшей подарок, — а от такой вечные неприятности.

Всё ее коварство заключается в наложенном эффекте постоянного кровотечения. Из оперы «если я не убью, сам умрёшь от потери крови», но не боись, я умею его снять.

Скривилась. Здесь полуконь прав, как никто другой. От костлявой далеко не уйдёшь с таким сюрпризом.

— В нашем мире подобных вещиц выковано всего три: Клинок Орочи, Кинжал Таноса, Меч Тору.

— Клинок Орочи? — переспросила, нутром чуя, что именно это оружие представляет для меня наибольшую опасность.

Почему? Не знаю. Интуиция, наверное.

— Да. Второе оружие советника. Самое опасное кстати. Вернее сказать, оружие нового императора Небесного дворца. Я ещё не привык к смене правителя. Да и...

Небесного? Нахмурилась, смутно вспоминая сражение.

Эта средневековая штука, некогда охваченная пламенем по сюжету, оказывается, летает? Как всё сложно.

Интересно, у Сакуры голова не кружилась, службу там нести? Это ведь очень-очень высоко! Шумно вздохнула, с трудом представляя себя над землёй, верхом на каком-нибудь пегасе.

Невольно тошнота подкатила. Терпеть не могла высоту.

— Привыкать не к чему, — все же закончил мысль мужчина, вернув в реальность. — Этот реформатор хуже чумы. Чую бед от него будет, захлебнёмся.

Коротко кивнула.

— Орочи — ужасный человек. Берегись его, девчонка.

Стоп. Значит, так зовут советника? Не думала, что попаду в десятку, называя предателя Сакуры Аспидом. Его имя переводится как змея. Хмыкнула.

— Когда закончишь, отдохни немного, а после отвар выпей, — мужчина поставил неподалеку от меня на маленький столик прозрачный кувшин с какой-то травой-муравой.

— Силы восстановит. Посильнее зелья здоровья придется.

После этих слов кентавр спешно удалился из небольшой гостевой комнаты. Вот так? Меня отправляют спать средь бела дня? Скука смертная! А как же дела геройские?! Хотела резко подняться, увязаться следом, но вдруг навалилась такая усталость. Веки сами закрылись, став тяжёлыми...

— У нее много вопросов, Странник.